Увлечённая этими мыслями, я напрочь позабыла о предупреждении Дирры, что следующей в расписании сдвоенная пара физического анализа боевых систем, в просторечии физана. Нет, в самом предмете ничего особенного, он вообще до жути интересный, вот только… защитники и боевики учат его вместе.
Я шла в самом хвосте группы. Моя «опекунша» о чём-то заболталась с Везой, остальные заговаривать пока не спешили — у девчонок и без меня тем для разговоров хватало. Каникулы, парни, вчерашняя вечеринка, в конце концов. В итоге в аудиторию вошла последней и тут же услышала:
— Эмелис, солнышко моё…
Честно попыталась споткнуться, но мне не позволили — учтиво поддержали за локоть.
Потом приобняли за плечи и сообщили доверительным тоном:
— Сегодня ты со мной.
— Что? — Я несколько опешила.
— Мы с парнями договорились, — сообщил Май, — что ухаживать будем по очереди. Тянули жребий. Я первый.
У меня от изумления даже рот приоткрылся, а блондин нагло отобрал сумку с учебниками и поволок к проходу. Аудитория представляла собой амфитеатр, так что манёвр Мая увидели все.
Притихли.
— Ты что себе позволяешь?! — прошипела я.
— Эмелис, детка…
— Какая я тебе детка?!
— Эми… — боевик остановился, чтобы заглянуть в глаза, и обнаружил бурю гнева.
— Меня не Эми зовут. Меня зовут Эмелис! — По-прежнему изображаю змею.
— Детка…
Я шагнула к Маю и не без удовольствия впечатала каблук в его ногу. Блондин скривился, но не отпустил. Зато голос стал жалобней, чем у брошенного котёнка:
— Эмелис, ну пожалуйста… дай мне шанс.
— Какой шанс? Какой, к дохлому гоблину, шанс?! — рыкнула я, пытаясь отобрать сумку.
Но парень стоял на своём. Боевики, они вообще отступать не приучены.
— Ну хотя бы посидим рядом, а? Всего две пары, Эмелис…
Я тоже сдаваться не собиралась, но в этот миг в аудиторию вошел преподаватель. Продолжать спектакль при нём? Глупо как минимум. Вон, уже глядит, изогнув бровь, и восхищаться игрой актёров явно не собирается.
— Ладно, — прошипела Маю. — Но если тронешь меня хоть пальцем…
Боевик спешно убрал руки и изобразил самую милую улыбку.
Пользуясь желанной свободой, я уселась на первый ряд, поближе к кафедре. Блондину мой выбор не понравился, но возражать было поздно.
— Ну что, все угомонились? — выдержав красноречивую паузу, вопросил препод. Он был низок, худощав и лыс и сильно напоминал упомянутого в сердцах гоблина.
Мы дружно закивали, чтобы тут же услышать подлое:
— В таком случае уберите учебники. Мы начнём с контрольной.
