С грацией, достойной саблезубого гепарда, брюнет перетёк на кровать, а спустя миг я оказалась в ловушке.
— Попалась, — повторил нависающий надо мной Кир. Голос его прозвучал хрипло, взгляд потемнел и словно туманом подёрнулся.
Я стыдливо опустила ресницы, обвила шею боевика руками и потянулась к этим невероятно манящим губам. Лёгкое, почти невесомое прикосновение, от которого сердце споткнулось и замерло. И тихий стон… Не мой, Кирстена.
— А может, это ты попался…
Младший принц королевства Дурбор не ответил, зато… он вернул поцелуй.
В миг, когда его губы завладели моими, когда его язык проник в мой рот, чтобы начать невероятный, волнующий, бесконечно чувственный танец, мир перестал существовать.
Я никогда не понимала девиц, которые бросаются в омут с головой. Искренне осуждала тех, что посмели сбежать из дома ради призрачной надежды на счастье. Я не верила, я была твёрдо убеждена — человеческий разум способен обуздать любое, даже самое сильное желание! Я ошибалась.
О Всевышний, откуда у меня это ужасное ощущение, что я всю свою жизнь ошибалась? Откуда эта стальная убеждённость в том, что чувства, которые испытываю в объятиях Кира — истина, а всё остальное… лишь подделка?
— Люблю тебя… — прошептал мой синеглазый кошмар.
Очень хотелось ответить — и я! И я тебя люблю! Очень-очень! До безумия! Но с губ сорвалась другая правда:
— Я ужасно на тебя зла, Кирстен.
Мой деспот, мой тиран, мой бессовестный лгун, проныра и обманщик… поник. Даже взгляд как будто потускнел.
— Знаю, — сказал Кир. — И раскаиваюсь.
Он говорил искренне, но мне этого молчаливого раскаяния было мало.
— И кто же придумал… столь гениальный план?
Боевик с явной неохотой скатился с меня, лёг рядом, обнял поверх одеяла и только потом признался:
— План придумал я. Но без помощи отца и Криста, сама понимаешь, ничего бы не получилось.
Я приподнялась на локте и красноречиво заломила бровь. Киру пришлось пояснить:
— Зная весь расклад, спланировать твоё возвращение было нетрудно.
Господин Форан не мог не взять тебя на этот приём, а ты, будучи хорошей девочкой, ни за что бы не ослушалась папу. А дальше — дело техники.
Дело техники? Это он сейчас о схеме «обморок — целитель — запрет на переход»?
— То есть вы меня нарочно до обморока довели? — Голос прозвучал спокойно, но я была искренне возмущена. Теперь, глядя на эти мужественные, красиво очерченные губы, хотелось не целоваться, а… куснуть пару раз.
