О том, что действительно могли видеться, свидетельствовал значок на отвороте камзола — щит с пересекающей его молнией. Символ верилийской академии магии.
— Дежурный маг, — с поклоном пояснил молодой человек.
Уголки его губ дрогнули, а я совсем растерялась. Просто очень трудно перестроиться и…
— А мы…
— Королевский дворец, — разгадав моё недоумение, пояснил маг.
Я внутренне дрогнула. Ну да, конечно.
Следующие мои слова парню пришлось читать по губам.
— Портал заблокируйте.
Сказала, и лишь после этого до меня дошло.
Дворец. Мы во дворце! А это дежурный маг, и портал он в любом случае заблокирует, чтобы избежать несанкционированных переходов. Сюда вообще без метки вызова не попасть. Так что Кирстен, даже если вычислит наш путь, не догонит.
А следом осознала ещё кое-что…
— Первый министр? — резко поворачиваясь к отцу, прошептала я.
Папа улыбнулся и кивнул.
— Но…
Договорить я не успела, потому что двери зала распахнулись и на пороге возник высокий молодой мужчина с длинными пепельными волосами, чёрными, как сама ночь, глазами, тяжелым подбородком и орлиным носом.
Он был одет в чёрный камзол, строгость которого нарушала лишь россыпь бриллиантов на вороте-стойке, узкие брюки и высокие сапоги. А ещё… ещё он улыбался. Причём исключительно мне.
— Рид, — выдохнула я ошарашенно. Нет, я знаю, что он всегда при отце, но увидеть жениха так скоро не ожидала.
А ещё меньше ожидала увидеть, как отец сгибается в поклоне, чтобы через миг произнести:
— Ваше величество…
Шок? Нет, это не шок, а самый настоящий обморок! Только воспитание и осознание того, где именно нахожусь, позволили сдержаться от слишком бурной реакции.
Впрочем, строить из себя каменное изваяние тоже не стала — удивлённо приподняла брови и чуть-чуть, самую малость, приоткрыла рот.
Рид подал знак дежурному магу, и тот поспешил выйти. И лишь когда остались втроём, отец соизволил пояснить.
— Планы немного поменялись, — сказал он. Потом развернул к себе, взял моё лицо в ладони и добавил с улыбкой: — Ты не станешь принцессой, Эмелис.
Ты станешь королевой.
По спине побежал холодок, ноги резко ослабли, но я не позволила себе покачнуться. Прошептала только:
— Папа…
Но он уже не слушал, отступал, чтобы освободить место… моему жениху.
Рид приблизился стремительно. Столь же стремительно обвил руками мою талию и прикоснулся губами к щеке. Я онемела и остолбенела, но… но у меня были лучшие учителя и выдавить из себя улыбку, которая со стороны казалась счастливой, я сумела.
