Очень! Так стыдно, что даже не сразу заметила — Терри напрягся, а в пронзительно-синих глазах появился настороженный блеск.
— Эмелис, погоди. — Брюнет поймал мою руку, крепко сжал пальчики. — О каком белом цвете ты толкуешь?
Чувство стыда затмило собой весь мир, я даже потупилась, не сумев выдержать пристальный взгляд принца. Но всё-таки пояснила:
— Белые розы, которые ты прислал. Они очень красивые, но…
И снова не договорила, и вскрикнула, потому что Терри слишком сильно мою руку сжал. А потом из дверей моих покоев вышла Бетти — она как раз последствия нашей маленькой вечеринки убирала… Именно ей младший принц сказал:
— Бетти, Кристона найди.
От тона боевика я невольно поёжилась. А Терри одарил очень суровым взглядом и сообщил:
— Любимая, я белых роз не присылал. Подозреваю, что это мой любимый брат шутит.
Я опешила, сказала тихо:
— Быть такого не может.
Да, Крист с большим удовольствием подкалывал Терри, регулярно играл на собственнических чувствах брата, но границ никогда не переходил.
Более того, если Теридана не было рядом, Кристон общался со мной сдержанно и предельно учтиво.
— Вот сейчас и узнаем, — отозвался боевик и потащил в спальню. Да-да, именно потащил, а не повёл!
Букет Терри, как и ожидалось, не опознал. Всё то время, пока ждали Криста, мерил комнату шагами и тихо шипел. Он напоминал разбуженного посреди зимней спячки виверна. Разница была лишь в том, что, в отличие от змея, ядом брюнет не плевался. Вернее, пока не плевался.
А потом на пороге появится Кристон, и мне ещё страшнее сделалось.
Просто Терри кивнул на букет, поставленный в одну из напольных ваз, спросил сухо:
— Твоё?
Наследник резко посуровел, сжал кулаки…
— Нет, — без заминки ответил он. И уже не брату, а раскрасневшейся от беготни по дворцу Бетти: — Стражу зови. Только тихо и быстро!
Горничная повиновалась, причём так спешно, что даже книксен сделать забыла.
А всё, что происходило дальше… всё, что происходило дальше, напоминало сцену из детективного романа, только немного неправильного.
Неправильность заключалась в том, что никто не удивлялся, не нервничал и предположений не строил. Всё происходило быстро, чётко, по явно отлаженной схеме.
Сперва у дверей моих покоев появились суровые мужчины из личной гвардии Вонгарда. Потом пришли ещё двое в камзолах мышиного цвета — люди из тайной канцелярии. Следом за ними объявился высокий брюнет в чёрном — тот самый господин Марр, узнать менталиста было несложно, его выражение лица выдавало.
