Поверить не могу в тот бред, который он несет, ведь я никогда не спала с другим мужчиной.
Ни до Михаила, ни после. Так получилось. Он стал первым… а дальше… дальше ни один мужчина не смог сравниться…
Наступает на меня подобно самому дьяволу, вылезшему из преисподней, и прикасается к моей щеке ласково-ласково.
Так, что у меня холодные мурашки по спине летят табуном, когда Михаил добивает.
- Тогда, дорогая бывшая женушка, поведай-ка мне, почему же изменила мне в тот день?! По-че-му, - с расстановкой и льдом в голосе, - по-че-му, любимая, решила лечь под ДРУГОГО?!
44
Михаил Воронов
- Михаил Дмитриевич, мы работаем, ищем ниточки.
Сжимаю трубку в руке сильнее.
- Плохо работаешь, Паша, у меня контракты горят, если мы не выполним заказ в срок, влетим в неустойку, чтобы покрыть которою мне придется начать продавать акции, или объявить о банкротстве. Ты понимаешь что это значит?!
- Да, Михаил Дмитриевич…"
"- Нет, Паша, ты ни хрена не понимаешь! Это массовые увольнения! Тысячи людей, которые будут выброшены на улицу.
Трубка чуть не трещит у меня в руках. Пальцы сжимаю с силой.
-Не нравится вс ситуация – это ничего не сказать. Конкуренты играют в черную. Я уверена, что то, что произошло на заводе – диверсия в чистом виде.
Мой человек на другом конце трубки громко выдыхает.
- Мне нужны результаты расследования, чтобы я смог прижучить Труханова. Мы ведь понимаем, что тендер мы увели у него из под носа и теперь эта тварь делает все, чтобы мы не вписались в график.
Просто найди мне доказательства!
- Будет исполнено, Михаил Дмитриевич! – рапортует Павел и отключается, а я с силой шваркаю телефоном.
У меня земля под ногами горит. В принципе, если смогу справиться со всем, что навалилось – подниму компанию на новый уровень, но… игра идет серьезная, на грани фола. Тут либо потерять все – либо выиграть. А я не проигрываю. Никогда.
Барабаню пальцами по столу, прикидываю, что ближайшие две недели меня ждет чистейший ад. Сейчас у нас сделка. Международная.
На ней завязка. Дальше придется лететь и добивать, что называется.
Опять звонит телефон. Отвечаю.
- Господин Воронов, - голос моей секретарши напитан предосторожность. Знает, что сейчас меня трогать нельзя. У нас делегация на подходе и нельзя потерять этот контракт. Слишком много труда угрохано, ресурсов, средств.
- Да, Валерия. Я ведь просил не беспокоить.
- Помню, Михаил Дмитриевич, просто к вам Алевтина Петровна. Как раз по сделке у нее вопросы.
