И каждому по заслугам его рано или поздно приходит…
- Ой плакала я тогда, Янка моя, вся подушка мокрой была. Но для себя поняла, что бабушка права. Я отпустила. Тот, кто любит отпускает. Дает право на жизнь и счастье… Вот и твой Миша… Он тебя отпустил. Подумай об этом."
"Помню, как тогда я громко шмыгнула носом и решила жить дальше. Бороться. Вернуться в русло, но помню, как протерла щеки и спросила.
- А дальше, мам? Что с тем парнем и той девушкой произошло?
Мама пожимает плечами.
- Да ничего не произошло, погоревала я еще какое-то время, а потом отца твоего встретила и поняла, что такое настоящий мужик.
А тот парень… ну он женился на той девушке, но я часто слышала, как он с другими ей изменяет… бабка моя не зря про сеновал говорила. Многие там с ним побывали… Если бы он на мне женился и так гулял… я бы не пережила. Ты мой характер знаешь. А батька твой…
Люблю я его и годы в верности прожили… Счастливой он меня сделал… И что сказать. Права бабушка моя оказалась. Твое, Яночка всегда придет к тебе.
Отпускай…
- Яна?
Голос мамы в трубке напряжен, а я… я улыбаюсь и говорю, как есть:
- Все хорошо, мам, я сама захотела.
- Бог в помощь, дочка. Я помолюсь за вас…
69
Я сажусь в Машину, так получается, что я у кона, и Михаил у своего окна сидит, а посередине нас разместилась Масечка.
Моя девочка щебечет о своих детских делах, не унимается и в какой-то момент берет нас с Михаилом за руки.
Становится мостиком, связующим нас. В сердце щемит от понимания как много мы потеряли и как все могло быть, если бы наша жизнь не перевернулась.
Неожиданно для себя отрываю взгляд от крохотной ладошки дочки и смотрю на своего бывшего – нынешнего мужа. Он так же смотрит на меня, не мигает даже и на дне его глаз я читаю тоску.
Отворачиваюсь к окну, не могу я совладать с чувствами. Мы приезжаем в особняк Михаила достаточно быстро, и я удивляюсь тому, что вижу…
- Папа! Ты постлоил мне площадку?! – кричит Машенька и хлопает в ладошки, а я подвисаю, потому что Михаил действительно создал детский мини-парк аттракционов с качелями.
Отец с дочкой идут в сторону последних и Миша усаживает Масечку, начинает раскачивать, а я смотрю на них и понимаю, что не смогу запретить Воронову общение с дочерью. Никогда бы не смогла, даже если бы винила во всем произошедшем, ухмыляюсь собственным мыслям.
Запретить Воронову что-либо просто невозможно. Слишком много власти и возможностей у этого мужчины.
