Привели лошадей, а колхоз их не принимает, ведь за ними надо ухаживать! А колхозники в колхозе работать не хотят. Они за свою работу только палочки получали. Они хотели бы, чтобы солдаты за этими лошадьми ухаживали… Кормить лошадей колхозники не хотят, они в этом не были заинтересованы. Вот такое лежачее положение было не только в Калиновке, а вообще в нашем сельском хозяйстве.
Я видел., что они сеют те культуры, которые не дают урожая. Но что я мог им посоветовать? Сеять надо, все предусмотрено планом.
А план-то какой! Сидят гении в Москве и расписывают, сколько посеять яровой пшеницы, сколько озимой, сколько ячменя, сколько вики,[8] сколько свеклы. И так расписывают сверху донизу. Кто мог отступить от этого так называемого плана? Никто. Тот, кто изменит структуру посевных площадей, тот нарушит директиву (Стенограмма июньского (1957 г.) пленума ЦК КПСС. ЦХСД. Фонд 2. Опись 1. Дело 257. Вечернее заседание 28 июня 1957 года).
В том же выступлении на пленуме ЦК в июне 1957 года Хрущёв признал: «В колхозах вырывали последнее, разорили тем самым сельское хозяйство… В 1951 году колхозники разбегались».
Член Президиума ЦК КПСС товарищ Микоян докладывал: «Мясом по-настоящему мы торгуем только в Москве, Ленинграде, с грехом пополам в Донбассе и на Урале, в других местах с перебоями» (Стенограмма июльского (1953 г.) пленума. Вечернее заседание 3 июля 1953 года. РГАНИ. Фонд 2. Опись 1. Дело 45. Опубликовано: Известия ЦК КПСС. 1991. № 1–2).
Так вот, глупо утверждать, что Сталин принял Россию с сохой, а оставил с атомной бомбой.
Но если уж и прибегать к подобной оценке, то объективности ради вторую часть этой фразы следовало изменить: с той же сохой и оставил.
4Россия, которую мы потеряли, худо-бедно хлеб вывозила, а Советский Союз себя прокормить не мог. Это одно из главных достижений социалистического способа производства и лично товарищей Троцкого, Свердлова, Ленина, Сталина, Хрущёва и прочих из той же братии.
На катастрофические последствия преступной антикрестьянской (то есть антинародной) политики коллективизации наложились столь же катастрофические последствия войны.
С войны не вернулись миллионы работников. Но и те, кто остался жив, вовсе не спешили возвращаться в родные колхозы. Рабочие руки требовались везде, демобилизованные солдаты уходили на восстановление шахт Донбасса и металлургических комбинатов Днепропетровска, на расчистку руин Сталинграда и Киева, Воронежа и Новороссийска.
