Страшная температура взрыва мгновенно испаряет влагу на десятках квадратных километров, грунт измельчается, превращаясь в радиоактивную пыль. Потому следом за ударной волной идет упругий, секущий пылевой вал высотой в 200 метров.
Взрыв сжег миллионы и разогнал в стороны миллиарды кубометров воздуха, потому в эпицентре — вакуум. И эта пустота, как пылесос, потянула в себя все те миллионы кубов пыли, которые только что разнеслись и разлетелись во все стороны. Огненный шар, пульсируя, кипя и содрогаясь, как бы нехотя превращался в огромное, в полнеба, яркое облако, изрыгая ослепительные красно-черные вихри.
Гудящее багровое пламя снизу подпирало и толкало вверх сатанинское месиво дыма и огня. Облако меняло форму и цвет. Малиновые тона переливались в темно-бордовые, затем в пепельно-серые и иссиня-черные. Клубясь облако стремительно набирало высоту, засасывая с земли и увлекая за собой столб грунта и пыли.
Вот тут и ударила артиллерия!
Вот тут своей мощью блеснула авиация! Удар наносился не звеньями, не эскадрильями, но полками! Одновременно — три полковых удара бомбардировщиками: левее взрыва, правее и позади него! В 9 часов 55 минут на 21-й минуте после взрыва 39 бомбардировщиков Ил-28 и 6 истребителей МиГ-17 на высоте 7 километров проскочили через ствол радиоактивного облака, через пылевой столб атомного гриба!
Бомбардировщики стелили бомбы коврами.
Это были не отдельные взрывы, но одновременный подъем сотен тонн грунта, сорванных с поверхности земли. Следом — три полка реактивных штурмовиков и еще три полка истребителей.
Они шли волнами над самой землей с оглушительным свистом и ревом. Они били, не жалея стволов, из сотен автоматических пушек по всему тому, что еще могло уцелеть в этом рукотворном аду Разрывы артиллерийских снарядов и авиационных бомб слились в потрясающую симфонию войны, в гимн неукротимой мощи нашей доблестной армии!
И едва только примолкла артиллерия, к эпицентру, пробиваясь сквозь буреломы и очаги пожаров, на танках рванули дозоры радиационной разведки.
В 10 часов 13 минут, через 40 минут после взрыва, они были в эпицентре. И дали добро!
И тогда в бой пошли две гвардейские дивизии 128-го стрелкового корпуса. В 12 часов передовые отряды «восточных» достигли эпицентра взрыва."
"Местность перед ними выглядела совсем не такой, какой была еще недавно. Никаких ориентиров. Ничего не узнать. Пустынное мрачное поле.
От лесного дубового массива осталось лишь черное пепелище — обгорелые колышки.
