Поверх которых небрежно накинуты куртки.
На самом деле, я готов стоять здесь и мерзнуть бесконечно, лишь бы получить подтверждение того, что Нелли врет. Это поможет ускорить развод.
Только после этого я буду иметь моральное право приблизиться к Асе.
Неделя тишины и полного игнора…
Да я уже почти умер, но держусь. Никакого алкоголя, никаких резких движений в сторону бывшей жены и ее родителей.
Только тонны работы и ежедневные встречи с Андреем. Надо отдать ему должное – работает на совесть.
– Максимилиан, – слышу своё имя и поднимаю голову.
Задумался."
"На порожке возле выхода стоит подруга Аси. Капюшон надвинут на голову, видимо, чтобы сильно не узнавали коллеги.
Подлетаю.
– Здравствуйте…
– Блютус включите, – шепчет. – Я со всеми этими вашими почтами и мессенджерами не умею. Да и не будем следов оставлять. Если завотделением узнает, откуда ноги растут, уволит к черту.
– Спасибо, – говорю ей искренне. – Мы с вами теперь дважды подельники, – усмехаюсь.
Наташа напрягается и отступает на шаг.
– Именно поэтому, я вам и помогаю, – качает головой и презрительно сужает глаза.
– Как Ася? – ломается от вопроса мой голос.
– Спросите у неё сами, – отвечает едко.
– Не берет трубку…
– Значит, не хочет, чтобы вы знали, как ее дела, – мстительно заключает женщина. – Все? Получили?
Я провожу пальцем по экрану телефона, листая фотографии.
Да, это то, что нужно. Крупные планы.
Нелли с сигаретой. Нелли ест пиццу на лестничном пролёте. Нелли свободно стоит на обеих ногах и слушает музыку в наушниках.
– Спасибо вам, – пожимаю локоть Натальи через пуховик. – Это и ради Аси тоже.
– Ах, идите, – она отмахивается рукой и кого-то увидев, скрывается за дверью.
Сжимаю телефон в кулаке, как драгоценность, и на всякий случай сразу пересылаю фото Андрею.
Он тут же перезванивает.
– Алло… – отвечаю.
– Ну это просто супер! – он довольно повышает голос.
– Этого будет достаточно, чтобы назначить дополнительное слушание? – переспрашиваю с надеждой.
– Макс, ну ты что? – удивлённо тянет Андрей.
– Если мы с тобой эти картинки в суде покажем, то на завотделением тут же дело заведут. Он сдаст тех, кто его об этом очень убедительно попросил. И поверь мне, выставит ещё это все дело шантажом. Ему то нечего терять.
– Получается, все зря? – сердце срывается и начинает до тошноты колотиться в желудке.
– Ну почему зря… Мы предложим мировую твоей бывшей жене. Твои же родители, когда узнают правду, поддержат?
– А черт их знает! – вздыхаю я устало.
