В упор пялитесь на истину, а разделить открывшееся знание не с кем. Итак, вы — избранный. С какой-то стати утром в среду, пока чистили зубы, вы внезапно вспомнили, кем были в прошлой жизни. Вы смотрите вперед, но перед вами не ваше отражение в зеркале, а то, что случилась с вами, но до вас. Счастье, горе, поступки, которые совершали тогда, до своего рождения. Возможно, смерть. Возможно, ваша."
"Этот человек, конечно же, не вы. Он другой. Полагаю, странный, моментами глупый или даже жестокий, одет и пострижен не по вашему вкусу.
Он может быть не вашего пола и возраста. Не факт, что он вам нравится. Но вы платите за его просчеты. Платите, платите, платите каждым днем, каждой своей секундочкой. Вы плачете. Не должны, не умеете — допустим, вы консервативно воспитанный мужчина или женщина, сильная настолько, что способна нести ответственность за собственную жизнь сама, — но рыдаете навзрыд. Понимаете же, что еще платить и платить. И конца этому не будет. Кайтесь сколько угодно, всем на**ать. Пока не искупите до последней капельки, хреночки вам, а не избавление.
Вы здесь, чтобы учиться, так займитесь, в конце концов, делом.
«норм?»
«отстань, Озерский».
Делаю большой глоток кофе и мечтаю о сигарете, пока смотрю в покрытое задорными веснушками декольте рыженькой, ее, кстати, зовут, как и мою сестру, Региной, и она превосходна. Ей жарко, уже минут пятнадцать мы в прохладной кофейне, а грудь собеседницы все еще покрыта крошечными капельками пота, соблазнительно поблескивающими в свете местного освещения.
Регина приехала специально ко мне из Самары. Оказывается, она ждала, что я ей перезвоню после того, как усадил в такси, но я не позвонил, у нее не было другого выхода, кроме как отыскать меня лично.
— Это было несложно, я вбила в поисковик название канала, на котором ты работаешь, нашла внизу страницы номер телефона и позвонила по нему. У них, правда, оказалось, целых четыре сценариста по имени Егор Озерский, ты третий, с кем у меня свидание, — подмигнула мне, стараясь показаться забавной.
— А у нас разве свидание?
— А как же. Держи, — она протягивает мне конверт. — Бери, бери, ты очень выручил меня той ночью, а так как у нас даже секса не было, мне неловко.
— Прости… а как, говоришь, я тебя выручил?
Это ж надо было так напиться. Впрочем, Санни тоже повел себя неадекватно — вероятно, Илья давно продает нам большую дрянь, чем мы добровольно согласны в себя впихивать.
— Заступился перед моим конченым бывшим бойфрендом и погасил мой долг.
