Мама, подруги, свекровь — никому ни единого слова. К счастью, ни токсикоза, ни каких-либо заметных изменений в своем теле на первых порах не замечаю. Малыш будто чувствует риски, сидит тихо. Мой муж будет самым лучшим отцом, но нужно сделать все правильно, ведь… он достался нам с малышом после первой больной на всю башку жены.
Егор работает, занимается спортом, совершенно ни о чем не подозревает. С Санни не общается совсем, даже тренажерку сменил, чтобы не пересечься случайно. Меня это беспокоит, но решаю не вмешиваться.
Понятия не имею, какая тень легла между парнями, но судя по всему, их дружба не прошла очередную проверку. И у меня подозрение, что инициатором холодности являлся именно Егор. Однажды я задала Математику вопрос, но муж заверил, что я там ни при чем.
Этим чудесным утром я, настроившись, красиво одевшись и накрасившись, бужу Егора пораньше и, пообещав сюрприз, прошу поехать со мной в одно тайное место.
Поначалу он ведет себя беспечно, выглядит заинтригованным, но затем, когда мы останавливаемся около частного медицинского учреждения, слегка напрягается.
Перевожу дух и выдаю на одном дыхании, что нахожусь в положении, и раскрываю цель нашего визита в лабораторию.
Озерский в шоке.
В первые секунды он полностью дезориентирован новостью, причем не злится и не радуется. Понятия не имею, о чем думает. Просто спрашивает:
— Ты уверена?
— На сто процентов, — подтверждаю кивком.
Егор молчит, и я начинаю объяснять, что благодаря современным технологиям можно сделать тест по моей крови без единого риска для малыша.
Ждать, правда, целых десять дней, но зато всю оставшуюся беременность душа Егора будет спокойна. Он отрицательно качает головой.
— Не-не. Мы не будем этого делать, — говорит категорично. Улыбается. Но видно, что все еще растерян. — Я просто… не могу сразу поверить, — улыбается смелее, шире. — Дай мне пару минут. Ты меня огорошила. Я… вау, детка, — он треплет свои волосы, откидывается на сиденье, закрывает глаза и шумно выдыхает.
— Кажется, мы с тобой натворили чудес. Мы, блин… волшебники, да? — всплескивает руками.
— Ага, Гарри Поттер и Джинни, — он не плачет, но трет глаза. А я не могу удержать эмоции. Я счастлива. Думала, он отреагирует хуже. Он молодец. — Поздравляю."
"— И я тебя, Вероника, — наконец-то мы обнимаемся и целуемся. — Спасибо. Это просто фантастика. Черт, — он трет лоб.
