Но, честное слово, никакого порошка, дури и прочего. Вел себя исключительно пристойно.
— А звать-то тебя вообще как? — спрашиваю у двоюродного брата Вероники.
— Максим. Ты уже спрашивал.
Минут через пятнадцать к нам заглядывает Вероника и застает нас с Максимом сидящими на полу и смеющимися до слез.
— Что здесь происходит? — спрашивает она настороженно. И показывает мне знак, что если я накурился, горло мне перережет.
— Покажи ей, — хохочет мелкий. — Ну же, Егор, давай!
— Дверь закрой, — хрипло говорю ей. Слушается, но смотрит строго.
Я прочищаю горло и говорю быстро: — В недрах тундры выдры в гетрах тырят в ведра ядра кедров. Выдрав с выдры в тундре гетры, вытру выдрой ядра кедра, вытру гетрой выдре морду — ядра в ведра, выдру в тундру, — и замолкаю. Мелкий хохочет, аж закатывается.
— Чего-о? — тянет Вероника, расслабившись и улыбаясь. Выдыхай, девочка, я ж не совсем идиот — курить при детях.
— Попробуй сама. В недрах тундры…
Она повторяет эти три слова. Я хапаю гелия из шарика и добавляю:
— Выдры в гетрах тырят в ведра ядра кедров!
Мелкий хрюкает, Вероника хохочет в голос.
Я тоже улыбаюсь, люблю, когда ей так сильно весело. Из-за меня.
— Как ты это делаешь? — она складывается пополам, вытирает уголки глаз.
— А ты попробуй, иди сюда, малышка, — двигаюсь на коврике, и она падает к нам в середину, после чего мы втроем по очереди пытаемся выдать скороговорку, не запутавшись. Полностью, правда, выходит только у меня. Макс совсем плох, нужно ему прям работать часами- месяцами, если не годами.
Вероника значительно лучше, но язычок пока слабоват.
— Я не знал, что тренировать дикцию может быть так весело! — вопит Максим.
— Это ты еще не слышал Ломоносова в его пьяном исполнении, — заверяет Веро. — Меня он этим просто покорил. Едва на ногах стоял, но читал… мм-м-м, безупречно! С выражением.
— А как же! У тебя просто не было моей бабули, — делюсь я воспоминаниями о тяжелом детстве. — Однажды она белила потолок, а я рядом читал стихи. И в какой-то момент что-то отвлекся и то ли концовку съел, то ли строчки перепутал… она не сдержалась и, следуя порыву, впечатала мне валиком по физиономии! Щипало капец.
— Известкой? О Боже! — сочувствует Вероника.
— Понятия не имею, почему девчонки лучше клюют на бойцов миксфайта, чем на филологов. Не уверен, кому успех давался сложнее, — усмехаюсь. Вероника незаметно проводит пальчиками по моему животу, руке. Ловлю их и стискиваю.
Она хапает гелия и пробует:
— В недрах тундры выдры в гетрах тырят кедров.
