Я снова и снова задавала себе вопрос — а не я ли невольно послужила причиной того, что его высочество обратил внимание на Ану? Я вспоминала наш с ним разговор об Аристотеле и свою так некстати проявившуюся магию.
Мое сердце трепетало от воспоминаний о мужчине в парчовом камзоле и отказывалось принимать тот факт, что этим мужчиной был принц.
Я встала наутро, не выспавшись и в дурном настроении, и твёрдо велела себе не думать более о его высочестве. Если он не узнал меня на балу, то так тому и быть. Я уеду в Мериду и забуду о нём.
Но через два дня после бала в наш особняк пожаловал не совсем обычный гость — первый министр Асландии герцог Нуарре. В отличие от остальных визитеров, он прибыл не из любопытства и не из желания завязать знакомство, которое могло оказаться полезным, а по поручению самого короля.
Когда лакей доложил о его прибытии, Ана едва не грохнулась в обморок, и даже Натали потребовались успокоительные капли.
Бабушка первой вышла к гостю, давая возможность остальным прийти в себя.
Когда всё наше семейство, наконец, собралось в гостиной, герцог Нуарре торжественно объявил:
— Его величество король Асландии Эрланд Второй направил меня к вам, чтобы объявить о желании его высочества принца Лорэнса сочетаться браком с мадемуазель Анабель. Ваша светлость, ваша дочь произвела на его высочество неизгладимое впечатление, и еще на балу его высочество принял твердое решение просить у вас руки мадемуазель Анабель.
Ана была бледнее кружев, которые были пущены по вороту ее нежно-зеленого платья.
Уверена, она бы не удержалась на ногах, если бы выслушала эту новость стоя.
После столь откровенного заявления гостя папенька, наконец, осознал, что всё то, чего он надеялся избежать, уже наступило. Ответить посланнику надлежало именно ему, и бабушка с Натали уже смотрели на него с тревогой. Они-то понимали, что подобное откровение не привело его в восторг.
— Благодарю его величество за такое внимание к нашему семейству и его высочество — за то, что счел мою дочь достойной столь лестного предложения.
Но я вынужден просить вашу светлость передать его величеству также и мои глубочайшие сожаления из-за того, что предложение это не будет принято.
Ана вскрикнула и закусила сжатую в кулачок ладонь — чтобы не разрыдаться в присутствии гостя. Натали умоляюще посмотрела на супруга. А бабушка нахмурилась, всем своим видом выражая сыну неодобрение.
Как ни странно, но герцог Нуарре не обиделся. Ни один мускул не дрогнул на его лице.
