Хотя понимаю, что нахожусь во власти сна, не погружаюсь в него полностью. Возможно, это и есть последствия перерасхода – тело спит, а голова действует. Я слушаю биение своего сердца, затихающий звук шагов покидающего комнату целителя, мерный стук капель, стекающих с моей повязки на пустой каменный пол небольшой, заставленной стеллажами комнатки.
Мрак. Мужчина с усталым бледным лицом и синими глазами произнёс это слово особенным тоном: с робким благоговением и раболепным страхом. Так обычно норзийцы взывали к богу Тьмы.
Может, это одно из имён Зогга? Но при чём здесь моя метка? Зачем целитель так пристально изучал её?
О милосердная Гетта, поскорее бы восстановить поток магии в теле и подняться! О нет… Тогда меня снова поволокут в покои этого черноглазого чудища. О да. Я добилась его внимания и нужно с ним серьёзно поговорить. Раз желает держать нас в замке, пусть предоставит хотя бы минимальный комфорт. Но тон, каким он произнёс: «Обсудим условия заточения», даже в воспоминании пронзает ужасом. Ах, зачем я сказала именно «заточение»? Как зачем? Ведь это правда!
Разрываясь между страхом и гневом, мечусь на подушках, как в бреду.
То решаю выплеснуть в лицо лорду все обвинения и потребовать человеческого обращения, то представляю, чем грозит моя дерзость девушкам и всей нашей велье. Нельзя забывать, что эти люди – наши враги. Их красивые сапоги пропитаны кровью гельерийцев – наших отцов и братьев…
Моего брата!
То, что норзиец не набросился на меня или моих подопечных, ещё не значит, что он не жестокий зверь.
Уверена, когда шла война, он легко убивал и насиловал. Поэтому нужно быть как можно более осторожной, но при этом не давать себя унижать и угнетать. Да, я пойду к лорду сама и поговорю об условиях содержания девушек.
– Как она?
Узнав голос стража со шрамом в пол-лица, невольно задерживаю дыхание. Именно его я увидела, когда упала от перенапряжения. Зачем он приходил, так и не знаю, но видеть его было ничуть не приятнее, чем Вирга. До сих пор помню его жадные руки на своём теле…
– Лучше.
– Голос целителя звучит совсем рядом. Ощущаю, как повязка пропадает со лба, кожу холодит. – Скоро очнётся и сможет подняться.
Знаю, что уже могу открыть глаза и встать, но продемонстрировать это не спешу. Меня сразу же потащат к лорду, а я… Гетта! Я всё ещё сомневаюсь в своём решении. Да, я боюсь этого мужчину, потому что я в своём уме. Но выбора у меня нет. Собираюсь с силами заявить о себе, когда неожиданно слышу:
– Отнесу лекарство в казарму и зайду за ней.
