— Романовский Илья причастен к вашему решению?
— Кто это? — хмурится Леденев.
— Муж Елены Борисовны. Почти бывший.
Слежу за изменением мимики и все больше убеждаюсь, что Александр говорит правду. Да и вообще производит впечатление порядочного человека. В нем достаточно мужественности. Не стал бы он со слабой и беззащитной женщиной тягаться.
— Впервые слышу, — качает он головой. — Мне позвонили сверху и потребовали убрать учителя, порочащего репутацию нашей школы.
— Интересно, — тяну я, кажется нащупав нужную ниточку.
— Что их вдруг так торкнуло?
— Я тоже удивился, — пожимает Александр плечами. — Но я человек новый, и спорить с начальством мне еще рано.
— Ясно, — поднимаюсь на ноги и протягиваю ему руку. — Спасибо за откровенность.
— Да не за что, — с готовностью пожимает. — Обращайтесь. Я с удовольствием помогу Елене чем смогу.
Вот как. Здесь что-то личное, что ли?
— С чего вдруг? — напрягаюсь я и инстинктивно сильнее сжимаю его ладонь.
— Педагог, говорят, хороший, — беззлобно улыбается он.
— У меня тут паломничество да митинг из детей всех возрастов.
— Да вы что? — задумчиво чешу подбородок. — А это может быть интересно...
— Что конкретно?
— Знаете... Мне все же понадобится ваша помощь.
— Излагайте.
Крайне довольный собой, еду домой к Лене. Новостей много, точнее, их по факту нет, но маховик запущен нехилый. Раздавит кого угодно. Все получается, как нельзя лучше. Даже кажется подозрительным. Слишком многое поворачивается в нужную мне сторону. Я, конечно, не сильно суеверный, но становится не по себе.
Глава 22 Елена
Мысли о сыне грызут и изводят. Ни секунды не получается не думать о нем. Как он там? Все ли у него хорошо? Скучает ли по мне? Чтобы хоть как-то отвлечься, занимаюсь домашними делами. Раскладываю свои вещи, убираюсь и готовлю ужин. Так непривычно готовить для другого мужчины. Но в то же время очень волнительно.
Уже темнеет, а Дмитрий все еще не вернулся. И не звонит. Смотрю на телефон, проверяя зарядку, и откладываю в сторону. Сама не решаюсь ему набрать.
Вместо этого слоняюсь по пустым комнатам и никак не могу найти себе места. Эта квартира холодная и пустая, словно и нежилая вовсе. Нет в ней ни тепла, ни уюта.
Дохожу до спальни, в ней кровать, на которой мы ночью занимались любовью. От воспоминаний жаркая волна прокатывает по телу, стягиваясь внизу живота тугим узлом, а горло схватывает спазм. Закусываю губу, гася судорожный стон.
А если Дмитрий сейчас с этой Любой? Настроение сразу портится.
