А где?
— В нашем любимом тихом кафе, как обычно.
— Настя, я не помню, в каком кафе мы раньше встречались, извини, я же говорил про амнезию.
— Я не знала, что настолько всё плохо, — вздохнула она. — Тогда давай в восемь у храма Спаса на Крови.
— Хорошо, договорились, — сказал я, почему-то чувствуя себя неловко от того, что не помню значимые для неё места и события.
Но я же в этом не виноват? Нет, не виноват. И вообще на самом деле ситуация для меня странная. Лично у меня ведь с ней не было никаких отношений, они были у прежнего Саши Склифосовского, тогда зачем я вообще в это ввязываюсь? Умом Россию не понять.
— Тогда до вечера? — спросила она с надеждой, что я не обману.
— Да, до вечера, — сказал я и положил трубку первым.
Когда спустился вниз, народу у кабинета уже прибавилось, хотя я отсутствовал совсем недолго. Надо немного ускориться. Пациентку с артрозом коленного сустава я видел среди сидящих, но она пришла позже и нехорошо получится перед теми, кто меня терпеливо ждал, если я позову её прямо сейчас.
Поэтому сказал Свете звать следующего, а сам постарался настроиться на работу и выбросить хоть на время Настю из головы. Навязчивость этих мыслей меня уже начинала немного раздражать.
Несколько человек с простудой, один с растяжением связок голеностопного сустава и ещё один со смачным фурункулом на филейной части. Вот с последним пришлось немного повозиться. Убить злобных микробов магией, также, как и снять воспалительный процесс — не сложно. Но гной и некроз всё равно надо отсюда убирать.
Вот и пригодилась наконец местная анестезия и мазь от Курляндского.
— Повязку не снимать и не мочить до завтра, — сообщил я парню с фурункулом. — Завтра с утра к нам, обработаем рану и скорее всего можно будет её полностью залечить.
— Хорошо, — сказал парень и убежал не прощаясь.
— Александр Петрович, можно спросить? — произнесла Света, когда дверь за пациентом закрылась.
— Да, конечно, — кивнул я.
— А почему вы сразу ему рану на залечили? Вам ведь это ничего не стоит. Вы такое вылечиваете, на что многие другие в нашей клинике не способны.
— Почему? — повторил я её вопрос. А ведь правда, почему? Потому что привычка, выработанная годами, меня никак не отпускает, но этого я вслух не скажу. — Хм, сам не знаю почему. Решил, что так будет лучше. Задумался наверно, Свет, ты права. Теперь уже до завтра.
— Ясно, — улыбнулась она. — После того, как вернулись, вы какой-то задумчивый, отстранённый. У вас что-то случилось?
— Не-е-е, — ухмыльнулся я.
