— Ну на приёме, как на приёме, по-всякому, — пожал я плечами, вроде особенно и рассказать нечего. — Свозил сегодня свою команду на Фонтанку, познакомил с призраком.
— Ну и как? — заинтересовался отец.
— Сначала немного повоевали, потом подружились, — сказал я и улыбнулся, вспоминая подробности. — Иван Терентьевич оказывается с ним уже давно знаком, только не в очень удачном ракурсе. Теперь помирились. С Юдиным Валерий Палыч даже поручкался, насколько это возможно. Так что страхи, что он нам не даст открыть клинику, не оправдались.
Думаю, из этой ситуации получится извлечь больше пользы, чем мне предрекали вреда.
— Ну если он оказался таким компанейским, то да, — кивнул отец и тоже потянулся добавить себе жаркого.
Рядом со мной сидел Котангенс и преданно смотрел в глаза, очень прозрачно намекая, что запах жаркого ему тоже нравится. Пока я раздумывал, стоит ли кормить кота со стола или нет, Катя уже выделила кусочек мяса из своей тарелки. Когда пушистый с ним справился, его преданный взгляд был посвящён моей сестре, там больше вероятность получить добавки.
— Охлаждающую жидкость раздал? — спросил отец, оторвав меня от наблюдения за поведением кота.
— Ага, — кивнул я. — Особенно счастлив был Демьянов, когда я ему заморозил запястье. Он чуть ли не завизжал от неожиданности.
— Хах, это да, — засмеялся отец. — Этот товарищ очень эмоционально лабильный. Да ты за время общения с ним успел в этом убедиться.
— Я даже научился управлять тиком его нижнего века, — хмыкнул я.
— Издеваешься над бедным несчастным человеком? — неодобрительно покачала головой мама.
— Это кто это бедный и несчастный? — возмутился отец. — Демьянов? Да это тот ещё крохобор! Саша, к сожалению, знает."
"— Ничего, — ухмыльнулся я. — Гонорар за обучение знахарей он мне отвалил в точности с требованиями Обухова. Плакал, но отдал всё до копейки. Так Степан Митрофанович оказывается его ещё заставил отчёт сделать по изменению трудоспособности знахарей после обучения. Если бы не это, мы бы только сейчас отправили его в министерство.
А так он мне подарочек сделал через тебя.
— Обухов замечательный мужик, — кивнул отец. — Так и не скажешь сразу, что из известного княжеского рода, избыточной гордыней по этому поводу никогда не страдал. А над тобой так вообще шефство взял всем на зависть.
— Вот это «на зависть» как раз меня настораживает и напрягает, — вздохнув сказал я. — Зависть штука такая, ожидать от людей можно всё, что угодно.
— Ну что тут сказать, — пожал плечами отец.
