«Всё с ними понятно, да ещё вчера можно было догадаться, что девочки не отступят от своей идеи»— устало подумала я, потирая переносицу.
— Простите, — пробормотали служанки.
— В следующий раз я так просто это не оставлю, — предупредила я, подходя к горничным и трогая их за руки. — Мы с Рейдолиром сами разберёмся, без помощи других людей. Давайте, помогите мне собраться, скоро должна явиться модистка.
Девушки чуть расслабились, сноровисто принимаясь за работу. Они довольно быстро нарядили меня в домашнее платье, сотканное из тончайшей шерсти, и заплели волосы в две толстые косы.
Пока я завтракала, горничные прибрались в комнате. До меня доносились их тихие перешёптывания, но мне не хотелось заострять на них внимание. Пусть себе болтают, я успела убедиться, что служанки действуют мне во благо. Их поступки говорили больше, чем слова.
Повезло мне с ними, они стали единственной дружественной силой в этом месте, если не считать Варриоса. Дворецкий оставался для меня загадкой, можно сказать, тёмной лошадкой.
Он казался надёжным и верным, особенно для Рейдолира. Я же шла довеском к наглому дракону, поэтому и отношение ко мне зависело только от моих действий. Вероятно, начни я превышать свои права и наглеть, Варриос бы быстро привёл меня в чувства. А так мы мирно сосуществовали, не посягая на чужие территории.
Модистка явилась в компании двух швей, от которых исходил слабый ореол магии. Я не видела его, но ощущала, что в них скрыта мана. Это удивило, всё же раньше подобное было мне недоступно. Долго думать над происходящим не дали, вокруг закипела работа.
Модистка и швеи словно сошли с ума — кружили, вертели меня и дёргали. Они с головой погрузились в работу, на ходу спрашивая мои предпочтения. Ткани, нити и украшения — всё летало по комнате, подхваченное магией двух работниц ателье.
Теперь я поняла, как мы должны были успеть за пару дней собрать мне бальный гардероб. Магия. Волшебство мастериц поражало, они умудрялись делать несколько эскизов за раз, со скоростью света подбирали мне оттенки тканей и материалы, пригодные для платьев.
Совсем скоро моя голова превратилась в улей, гудящий и почти квадратный. Я даже не стала вникать в то, что творили со мной швеи.
«Только бы всё закончилось поскорее…»— мелькнула паническая мысль.
К моменту ухода модистки я едва стояла на ногах. Меня истыкали иглами, превратив в ежа, ещё и пригрозили вернуться для примерки. Завтра утром, в то же время, что и сегодня. Застонав, я рухнула на постель, прикрывая глаза.
