Гостиная для приёма важных гостей обычно пустовала, однако слуги регулярно наводили в ней порядок. Мягкие тона повсюду успокаивали, как и не слишком захламлённая обстановка. Выпустив немного магии, я зажгла свечи, освещая сумрачную комнату мягким светом. Пройдя к низкому длинному диванчику, я села и расправила подол платья. Гордосс сел напротив меня в кресло, выбиваясь из гармоничной картины. Его довольно статная фигура совсем не подходила аккуратной мебели, рассчитанной скорее на трепетных маленьких леди.
— Итак, вы хотели поговорить, — осторожно произнесла я, прерывая затянувшуюся тишину.
— Верно, — прокашлялся мужчина, отводя свой пристальный взгляд в сторону.
Сцепив руки на коленях, он постарался взять себя в руки. Видимо, предстоял тяжёлый разговор, к которому он не успел подготовиться. Я ощущала ту нервозность, что засела в драконьем теле, она прямо-таки просачивалась наружу, вместе с огромной волной маны. Ободряюще улыбнувшись, постаралась не давить и просто подождать.
Не все разговоры можно начать с наскока, закидывая в омут информации.
— Моя крошка Марисса, — с печалью в голосе, наконец, начал Гордосс, — была твоей матерью. Это очень долгая история, и не такая радужная, как хотелось бы.
— Моя мама? — я склонила голову к плечу, отчего волосы окончательно вырвались на свободу, опадая на спину сплошным водопадом. — Вы… Мой дедушка?
— Да, — выдохнул Старейшина.
— Как же получилось, что до сих пор мы не встречались? — недоверчиво уточнила я, не припоминая, чтобы Глория рассказывала о нём.
"
"— Марисса сбежала из дома, — признался Гордосс, сжимая зубы. — Это смертный отброс посмел нацепить на мою нежную и слабую дочь ошейник-артефакт, посадив на цепь как какую-то собаку.
В голосе дракона сквозила неприкрытая ярость, смешанная с тоской. Слова Старейшины не укладывались в моей голове, неужели отец Глории действительно совершил нечто подобное? Драконы ведь сильны, настолько, что остальные испытывают трепет при одном лишь взгляде на них.
А тут взял и посадил на цепь… Невозможно, звучит настолько бредово, как и то, что Старейшина не мог помешать происходящему.
— Я не знал, куда именно сбежала Марисса, — дав себе немного времени, продолжил Гордосс. — Лишь спустя годы до меня дошли обрывки слухов, а начав расследование, я был готов стереть в порошок всю семейку этого отброса…
***
Слабая, дефектная драконица.
Марисса с детства слышала эти слова от родственников и соклановцев.
