Похоже, понравилось не только мне.
Завалитесь, псы! Она пела не для вас. Для меня!
Евгеша бежит к бару, чтобы забрать микрофон, и сияет, как новогодняя гирлянда:
– Это было невероятно! Аплодисменты!
Аня натянуто улыбается, тяжело дыша, и возвращает микрофон.
– Ты сегодня наша звездочка, – сладенько говорит Евгеша.
– Жень! Иди работай! – резко выпаливаю я.
Но он меня не слушает, а восхищенно пялится на Аню:
– Если захочешь спеть еще…
Совсем страх потерял?!
– Женя! – рычу я.
Диджей бросает на меня недовольный взгляд и уходит.
Так-то лучше. Ставлю на бар стакан с минералкой и толкаю его к Ане:
– Ты молодец.
Ее глаза блестят. Она еще ниже опускает голову и ничего не отвечает.
– Аня, в чем дело?
Она качает головой и подносит стакан к губам. Намеренно избегает моего взгляда. Вывернула душу, теперь жалеет?
– Мне… Мне нужно домой, Никит. Верни телефон и…
– Крошка! Это было охренительно!
К Ане со спины подходит мордастый парень и обнимает ее за плечи:
– Не хочешь к нам за столик? Мы тебя угостим, а ты еще что-нибудь исполнишь?
Малышка испуганно распахивает глаза и содрогается.
У меня напрягается каждая клетка в теле. Че они до нее докопались? Мешают мне разговаривать! Как же бесит, что я сегодня по эту сторону барки. Отсюда не очень удобно бить морды!
– Руки от нее убрал! – предупредительный выстрел номер один.
Кажется, у меня сегодня что-то с голосом, потому что мордастый пропускает предупреждение мимо ушей:
– Эй, бармен. Сделай для этой крошки самый лучший коктейль!
А я ведь его не первый раз вижу.
Частый гость. Но сегодня, походу, его последний визит.
– Она не пьет! Вали к своим друзьям! – предупредительный выстрел номер два.
Мордастый отпускает Аню и, уперевшись руками в барную стойку, наклоняется ко мне:
– Че ты сказал?
Вот дебил! Хочет меня напугать? Улыбка выползает на лицо. Обожаю тупых мудаков.
– Че слышал! Фигачь за свой столик, пока можешь, и притворись, что тебя здесь нет, – третий предупредительный выстрел.
– Да ты знаешь, с кем говоришь, обсос? Завтра тебя здесь не будет, понял?
– Понял, – усмехаюсь и отвожу руку назад.
Бью ему в нос со всей дури, а ее хватит на маленькую армию. Чувствую хруст под костяшками. Слышу отборный мат и грохот упавшего стула. Если в пятницу нет драки, то это стремная пятница.
Перемахиваю через барную стойку. Ребята, что сидели за ней, разбегаются, только Аня жмется спиной к деревянной столешнице. Бегло оглядываю ее. В шоке, конечно, но без телесных повреждений. Не зацепило.
