Даже не догадываюсь."
"– Не переживайте, я на романтику не настроена, как и на брак…
И тут до меня в очередной раз доходит.
На это вся я не была настроена из-за наследственности! Только поэтому! Всю романтику я вытравила в себе на корню именно из страха перед болезнью. Но в наших генах передаётся не безумие, а магия!
Это же мне всю жизнь пересмотреть придётся. И планы. Для местных-то я нормальная. И дети мои будут нормальными. И вообще…
– Так! – Смаргивая вздумавшие навернуться слёзы, встряхиваю головой. Полотенце тяжёлой волной скатывается с волос, высвобождая рыжие кудряшки из плена, и, задев плечи, шлёпается на пол.
– Так о чём вы хотели поговорить?
– Я хотел попросить вас не распространяться о моём визите. Это не критично, просто если студенты об этом узнают, это вынудит меня чаще наказывать менталистов за неподобающие мысли на занятиях, а мне не слишком хочется это делать.
– Поверьте, я сама с удовольствием забуду этот инцидент и не собиралась его ни с кем обсуждать. Если никто вас не видел, – я присаживаюсь поднять полотенце, и Санаду опускает взгляд вслед за мной, смотрит сверху, – то это останется между нами тремя.
Перехватываю расходящийся на груди халат. Санаду резко вскидывает голову с видом «да не смотрел я в декольте».
– Никто меня не… – начинает он и вдруг замолкает, глядя в сторону письменного стола.
Поднимаясь, оглядываюсь: на горе алых роз восседает Марк Аврелий, сжимая в лапках такой же алый кружевной корсаж.
– Марк Аврелий хоть и рыжий, но соблазнить вас не пытается, – не могу не пошутить я.
– Откуда у вас контрабандное бельё? – Санаду неожиданно серьёзен. – И не надо делать такое возмущённое лицо, этого на вас не было, значит, вы получили его позже.
– Так. – Я смотрю в его тёмные-тёмные глаза. – А откуда вы знаете, что на мне было?
– Я не знаю, что было, я знаю, что на ощупь этого под майкой не было. Это разные вещи!
– Вы меня ещё и щупали?
– Вы сами упали, пришлось ловить. Трудно поймать, не трогая руками. А теперь приходится претензии выслушивать.
Не хотите, чтобы вас трогали – не падайте в обморок.
– В следующий раз учту, что в обморок падать нельзя. А бельё. Как и розы. Как и конфеты – от Шаантарэна. Так хорошо он понял ваш запрет на похищение.
Когда Санаду хмурится, его чёрные глаза будто становятся ещё темнее.
– Или выманивает, – не соглашается он. – Соберите все его подарки. Объясню ему ещё раз.
– Хорошо, только если напьётесь – идите к кому-нибудь другому, ладно?
– Да я всего один раз к вам заглянул.
