Оглянуться не успел – уже в мордобой из-за неё влез.
И как после всего этого не верить в то, что все неприятности от рыжих?
– Единственное, чего я не понимаю, – Шаантарен, поднявшись, встряхивает всеми семью хвостами и наклоняется выбить из шерсти на лапах крошки побелки. – Ты столько лет жаловался, что рыжие тебя погубят, что к рыжим ты больше близко не подойдёшь, и что никогда не свяжешься с рыжей девушкой, потому что от них одни неприятности, и что лучше бы они в твоём окружении никогда не появлялись…
Разгибаясь, Шаантарэн замечает выражение лица Санаду и снова вскидывает четыре верхние лапы:
– Да ладно, ладно.
Я правда не думал, что ты будешь возражать против нашего с ней свидания. Не знал, что она тебе нравится.
– Не нравится, – цедит Санаду. – Я просто за неё отвечаю, как соректор.
– Так пойдём выпьем за то, что она тебе не нравится, ну! – Шаантарэн указывает на крыльцо. Затем – на более близкое к ним выбитое окно и ловко запрыгивает в него. – Мне сегодня как раз драконьего огненного подвезли. Нервы твои подлечить.
Несколько мгновений Санаду медлит. Демонокоты обидчивы и мстительны (а он всё же посол, об этом стоит помнить), если мордобой как естественный ответ на похищение девушки Шаантарэн может простить, то на последующий отказ опробовать его угощение затаит обиду. К тому же именно Шаантарэн соглашался выслушивать… негодование Санаду по поводу рыжих, когда все остальные уже отказывались с ним пить, чтобы этого не слышать.
Так что, мысленно морщась, Санаду направляется к окну и тоже запрыгивает внутрь, переступает по осколкам стекла.
"
"Посольский особняк отделан роскошно – демоны не поскупились. Но этот дворцовый блеск слишком напоминает собственный замок Санаду, поэтому он равнодушен к тонко подобранным интерьерам.
Шаантарэн идёт впереди, синхронно покачивая всеми хвостами.
Целый ящик драконьего огненного стоит на журнальном столике его кабинета, словно поджидая Санаду. Шаантарэн когтем откупоривает пробку и усмехается. В его эмоциях вспыхивает ностальгия, и Санаду полагает, что по тем временам, когда он единственный соглашался наливать наглому демонокоту, в мелкой звериной ипостаси не способному выдернуть пробку.
Разлив полыхающую жидкость по бокалам, Шаантарэн с бутылкой проходит к креслу у камина и, протиснув хвосты в отверстие в основании спинки, усаживается поудобнее:
– Итак, мой вечно страдающий из-за рыжих друг, – Шаантарэн потирает ушибленную челюсть и трогает растущие клыки. – Судя по моим ощущениям, нервы у тебя на пределе.
