Она взмахом руки освобождает пространство перед собой от документов – те складываются в папки и прячутся в ящиках стола – и откидывается на резную спинку, прямо под прекрасное лицо Нергала, выточенного из чёрного дерева. Санаду не понимает такой фанатичной религиозности.
Он подхватывает кресло для посетителей рукой и ставит ближе к столу. А на сам стол медленно опускает коробку с пирожными.
У Сонли едва уловимо дёргаются ноздри. Она нарочито небрежно взмахивает рукой, и опутывающая коробку лента рассыпается на обрезки.
– Это намёк на то, что ты не оценила мою последнюю шутку? – задирает бровь Санаду и устраивается в кресло.
– А, так твоё предложение отдать меня неведомому существу было шуткой?
– Ну конечно! Такой чисто дружеской. Сонли, ты же знаешь, что я тебя обожаю.
– Да-да, конечно, – фыркает Сонли, но мановением пальца отправляет крышку коробочки на край стола.
Оглядывает скученные у одной стенки, слипшиеся пирожные.
– Ну, слегка помялись, да, – признаёт Санаду. – Не рассчитал скорость.
Но на вкус это не влияет!
Качая головой, Сонли отмахивается:
– Ладно, взятка принята, что ты хочешь?
Санаду смыкает губы, чтобы не пошутить о коварстве Сонли: мол, он к ней с пирожным, а она сразу к делу.
Сонли чуть склоняет голову набок:
– И без шуток обойдёшься? – она тянется вперёд и облокачивается на стол одной рукой, а второй вытаскивает из ящика серебряную ложку. – Похоже, дело серьёзное.
Ложку Сонли вонзает в кремовый цветок и сковыривает лиловые лепестки. Неторопливо.
И Санаду признаётся:
– Я к тебе по поводу установок Мары для слежки за мной.
Сонли отправляет в рот сладкие лепестки и смотрит на Санаду в ожидании продолжения.
– Твоя помощь в их снятии, как я понимаю, дорого мне обойдётся, но, возможно, мы сможем договориться о списке существ с установками? И списке проверенных и чистых нарнбурнцев, если таковой имеется.
Густав вплывает в кабинет с подносом. Золотые узоры мерцают на чашках и чайничке, сверкают пуговицы на форме Густава.
С самым мрачным видом он ставит поднос на край стола и расставляет всё для чая.
Санаду ждёт: всё же он не за прогнозом погоды пришёл, а за информацией, которая в применении к нему имеет политическое значение.
Сонли самозабвенно уминает пирожные. Густав, закончив с розливом чая, неспешно направляется к выходу.
Дверь за ним закрывается.
Сонли продолжает есть пирожные.
Санаду ложечкой размешивает чай и скользит взглядом по кабинету. По окнам с видом на дворцовый сад.
