***
Пробуждение наступает медленно, сон слишком вязок. Наверное, это последствие лечебно-профилактического зелья. Уже ощущая подушку и одеяло, размягчённое сонной истомой тело, я то и дело проваливаюсь в сумрачные видения.
Санаду сидит в кресле и, покачивая чашку с чаем, вкрадчиво, бархатным голосом, рассказывает о секретах некромантии, и потоки бархатных тканей растекаются по полу. Мягкая тёплая улыбка Санаду расползается в улыбку чеширского кота, и Санаду, схватив Марка Аврелия, перепрыгивает через рулоны бархата, уносится куда-то в свет, а я бегу за ним… И снова ощущаю себя в постели.
А потом проваливаюсь в аудиторию, и Санаду протягивает мне кружку ароматного кофе, обещая рассказать…
А потом всхрапывает Ника, и я открываю глаза.
Солнечный свет заливает комнату. Похоже, я проспала всю ночь. Зевнув, прячу голову под подушку, но сгустившийся мрак не помогает вернуться в грёзы, истома утекает из мышц.
В общем, пора начинать новый день.
Отбросив подушку, зеваю, потягиваюсь и сажусь.
Оглядываю комнату: всё в порядке. Ника в позе морской звезды дрыхнет на своей постели. Марк Аврелий…
Его не видно."
"Снова зевнув, сползаю с кровати и направляюсь в уборную. Но и когда выхожу оттуда, Марк Аврелий не показывается.
Проходя к стоящему под приоткрытым окном чайнику, заглядываю в беличьи домики: пусто. Марк Аврелий может дрыхнуть на балдахине, но… повинуясь наитию, касаюсь браслета, связанного с его волшебным ошейником.
Стрелочка указывает точно в сторону административного корпуса.
А цифры выдают расстояние, по моим прикидкам соответствующее расстоянию до административного корпуса.
И хотя Марк Аврелий мог выскользнуть в кем-то открытое окно на прогулку и случайно оказаться возле административного корпуса, почему то мне кажется, что его опять стащил Санаду.
Не даёт ему покоя моя белка.
А я этому уже не особо удивляюсь. И почти не сержусь.
Почти.
***
– Смотри, – сидящий за столом Санаду пристально смотрит в чёрные блестящие глаза.
А его острый коготь медленно проникает в более мягкую прослойку между половинками скорлупы. – У меня тут большой, сочный, вкусный…
Дверь в его кабинет распахивается.
– Санаду! – Эзалон стремительно заходит и толкает створку.
БАХ!
Сидящий на книжном шкафу Марк Аврелий вздрагивает и отводит взгляд от Санаду.
– Орех, – вздыхает Санаду и откидывается на спинку кресла.
– Какой орех? – останавливается Эзалон и взмахивает руками.
