Бриш рычит, увеличиваясь в размерах и вставая на четвереньки. Он снова направляет рога на приподнимающегося Тавроса. Из штанов Бриша с треском вылезает хвост.
Снова рядом ударяют молнии.
Подскакивая, я браслетом притягиваю Марка Аврелия (нельзя на деревьях в грозу!) и, прижимая его, шмякнувшего ко мне в руки, к груди, выкрикиваю во всю силу лёгких:
– Спасите! Помогите! Убивают!
Как и говорил обжешник, редко кто спешит на помощь, вот и сейчас ноль реакции. Опять о пожаре кричать, что ли?
Ещё одна молния пронзает дерево, под которым я стою.
И я замираю, боясь делать шаг по напитанной электричеством земле.
Хлоп: рядом с нами возникает Эзалон. И с ужасом смотрит на почерневшую ветку дерева.
Хлоп: рядом с ним материализуется Санаду. Оглядывает связанного Раштара. Растрёпанного и помятого Тавроса. Трясущего хвостом с кисточкой набычившегося Бриша. Прижавшегося к моей груди Марка Аврелия.
Эзалон хватается за седую голову. А Санаду, глядя в сторону, вздыхает:
– А я говорил, что от рыжих одни проблемы.
Кстати, Таврос, ты бы перекрасился, чтобы статистику не портить.
– Дерево, – выдыхает Эзалон. – Зачем трогать деревья? Кому они мешают? За что? Да вы хоть знаете, как дорого их восстанавливать?
Таврос резко поднимается:
– То есть нападение на преподавателя это так – мелочь?
Санаду картинно прикрывает от Эзалона рот ладонью и шепчет:
– Ну, пока вы не будете требовать за это материальную компенсацию – мелочь.
– Санаду! – резко оборачивается Эзалон, но Санаду уже складывает руки за спиной и сочувственно оглядывает повреждённое дерево.
Просто сама невинность!
***
– Он к моей девушке приставал!
– Я ни к кому не приставал! Я просто разговаривал со студенткой!
– Я не его девушка!
– Мы своих в беде не бросаем, я не мог пройти мимо! И она моя девушка тоже!
– И ему я тоже не девушка.
– Раз не девушка, значит, мальчик? – на одном из повторов объяснений-претензий выдаёт Санаду и получает гневный взгляд Эзалона.
– Могу и мальчиком побыть, – пожимаю плечами я.
– Мне не жалко.
Оба рыжих демона странно меня оглядывают.
– Ты же, вроде, человек, – произносит Бриш.
– Разве люди могут менять пол? – Раштар шире распахивает ясные глаза.
– Могут, – киваю я, но о том, каким образом это делается, умалчиваю.
Бриш и Раштар переглядываются. Даже Таврос косится на меня с толикой любопытства под гримасой оскорблённой невинности.
