Качнув головой, Санаду сминает бумажку в руке и ссыпает оставшийся от неё прах в серебряно-перламутровую коробочку на столе. Её здесь во время моей уборки не было. Что-то новое, но откуда и зачем? Ссыпать прах посланий Мары?
– Что-то не так? – приподнявший бровь Санаду следит за мной.
Какие же у него беспросветно чёрные глаза.
– Нет, – рассеянно отзываюсь я, – просто задумалась об этом существе. Возможно, ему одиноко здесь, в непонятном месте? Его же тоже, наверное, силой приволокло.
Несколько мгновений мы с Санаду опять смотрим друг на друга.
И как-то это странно. Молчание неуютное.
– Вы опять пытаетесь прочитать мои мысли? – спрашиваю я.
– Нет, просто думаю о том, что надо заглянуть к вам на чай. Попытаться наладить контакт с вашим неведомым созданием. – Санаду встаёт слишком резко и мимо меня проходит слишком быстро.
А у двери останавливается и возвращается, обхватывает за плечи, снова окутывая запахом кофе, можжевельника и горьковатых трав, прерывисто выдыхает в лоб.
Серая дымка окутывает нас и рывком перекидывает в новое место. Несколько мгновений держится непроницаемым пологом, пока Санаду не шагает в сторону, развеивая её и отпуская мои плечи.
Мы в коридоре женского общежития.
Марк Аврелий, вздрогнув, вытягивается на моей ладони, цепляется за край декольте и, перевернувшись так, что рыжий пушистый хвост ударяет меня по носу, пытается втиснуться между грудями.
– Это у него норка такая? – усмехается Санаду, наблюдая за трепетом хвоста и дёрганьем задних лапок в попытках влезть глубже.
– Марк Аврелий! – я изгибаюсь, пытаясь не засмеяться из-за скользящей между кожей и лифом мохнатой тушки, а он ещё и лапками орудует и головой крутит, ввинчиваясь дальше и пытаясь под грудью пробраться под мышку.
Санаду с ухмылкой наблюдает, пока от Марка Аврелия не остаётся только кончик хвоста, торчащий между грудей.
– Интересный аксессуар, – хмыкает Санаду и, качнув головой, направляется к двери Яслены. – Соблюдём приличия и попытаемся повысить кое-чью квалификацию.
– В смысле?
Но Санаду уже стучит в дверь и нарочито ласково зовёт:
– Яслена, выходи, я знаю, что ты здесь.
– Вы в курсе, что говорите, как маньяк? Ни один нормальный человек не откроет...
Дверь открывается сантиметров на двадцать. Съёжившаяся Яслена появляется в проёме, делает бровки домиком:
– Я ничего не видела. И не слышала. И не знаю.
– Вот в этом-то и проблема! – Санаду опускает ладонь ей на плечо. – Идём.
