Взмахом руки открываю её и спиной вперёд выскакиваю в коридор. К лестнице тоже пячусь – слежу за дверью.
– Эй, ты что делаешь? – раздаётся сзади.
Оглядываюсь: Яслена, приподняв тонкие бровки, наблюдает за моими манёврами.
– Скажи, – облизываю пересохшие губы. – А водятся ли здесь какие-то странные существа, которые могут проникать в комнаты и…
От лица Яслены настолько отливает кровь, что она становится похожа на вампира. Икнув, Яслена пятится, всё шире распахивая глаза. Я разворачиваюсь в сторону комнаты, ожидая увидеть там страшного монстра, но коридор пуст.
Сзади громко хлопает дверь Яслены.
– Эй, а объяснить? – продолжая следить за комнатой, отступаю к лестнице.
Вниз сбегаю без оглядки. И выскакиваю на крыльцо. Отбегаю метров на сорок – так, для надёжности.
Оглядываюсь.
Никто не преследует. Окно нашей с Никой комнаты тёмное, но там что-то поблескивает – надеюсь, это просто чайник золотой отсвечивает.
Марк Аврелий, вцепившись в плечо, фырчит мне в ухо.
Так, ладно.
Реакция Яслены намекает, что здесь водятся страшные волшебные звери.
В подобных случаях, наверное, обращаются к охране. Зачем-то же она здесь стоит?
Отправляюсь к центральной площади. Все желающие розовую Академию, похоже, уже покинули, даже совета спросить не у кого."
"У административного корпуса незнакомые суровые дядечки, спорящие, делать им ставки на избранную или нет, услышав просьбу разобраться с неведомой фигнёй, отправляют меня лесом и полем... к соректорам.
Завуалированно так:
– Мы против разумных существ здесь стоим, а непонятная живность вне нашей компетенции.
– Да-да, и без приказа соректора нам в женское общежитие не войти.
– И вообще сегодня выходной.
– И соректоры заняты.
– Может, тебе показалось.
– Шла бы ты в таверну, с ребятами посидела, отпраздновала…
Браслет по первому же требованию простраивает маршрут к Санаду. Может, оно даже к лучшему всё: остался тут без присмотра, как законтачится со своей Марой…
Браслет тянет меня не наверх, к кабинетам Санаду, а вниз.
В подземелье.
Многообещающее направление.
Неторопливая музыка, слишком звонкая и отрывистая для своего темпа, становится тем громче, чем дальше в здание прохожу. На лестнице вниз, где она сквозь приоткрытые деревянные створки подземелья слышна отчётливо, понимаю причины непривычной отрывистости: играют на клавесине, а ему не хватает плавности.
Крадусь по ступеням, следуя зову браслета. Надеюсь, не отругают за помехи концерту.
