Мокрым полотенцем я вытерла выступивший пот и кровь из носа.
Трясущимися руками тёмный перехватил мои ладони.
– Я сам, – прохрипел он.
– Что это было?
Несмотря на некоторые общие признаки, на эпилепсию это не похоже. Он чувствовал, осознавал себя в это время. Руку даю на отсечение, это что-то другое или какая-то местная разновидность.
– Это болезнь? – снова спросила я.
– Нет, – дроу с трудом сел. Руки его тряслись от слабости. – Мне надо идти. Мне надо…
– Ты с ума сошел! После приступа? Ночью?!
– Я вижу в темноте.
Мне надо…
– Погоди ты! Надо хотя бы кровь остановить. Обопрись спиной о кровать, задери голову. Давай я полотенце подержу. Вот так, молодец. А теперь объясни, что происходит.
– Бездна! Я думал, что она поверила в мою смерть. Полагал, что в безопасности. Но после этой атаки…
– Это магия такая? Тебя сейчас магией приложило? – сообразила я.
– Да.
– Значит, тебя нашли.
– Да, и поэтому мне надо уйти сейчас. Реза, – тёмный перехватил мои руки и заглянул в глаза, – пообещай, что уничтожишь или очистишь магией все, что имеет отпечаток моей ауры.
Остатки куртки сожги, всю кровь с бинтов и полотенец отстирай. Если не получится, сожги. Все мои волосы, если что-то осталось, либо выкини в ручей, либо тоже сожги. Завтра утром проведи обряд очищения. Я дам тебе кристаллы с магией, только очисти тут все. Слышишь?
– Сделаю, как ты сказал.
Стало до жути страшно. Наносная корка высокомерия сейчас слезла с дроу, и он демонстрировал настоящие чувства. Тёмный боялся. Боялся за меня.
– Дорожку к ручью и площадку, где я тренируюсь, тоже очисть.
Га… – он запнулся, – эта гадина далеко, у тебя есть время, но лучше все сделать, как можно раньше. Подготовь все к рассвету и проведи обряд. Слышишь, Реза?!
– Да, проведу, а ты…
– Все вещи, что ты мне дала, я тоже очищу. Когда меня… – дроу запнулся, – даже, если меня поймают, никто не будет знать, о том, что ты помогала.
Я совсем не это хотела спросить, но у меня ком в горле застрял. Идиотка! «Тёмные не умеют быть благодарными». Оказывается, умеют.
Что это, как не благодарность? Когда меня… Тля! Он сам не верит, что сможет уйти! Но меня старается защитить. Понимание этого подавляло.
Какое-то время мы просто замерли друг напротив друга, глядя в глаза, а, может, и в душу. И я ужасно боялась за этого самодовольного, вредного, упрямого тёмного эльфа, а в его взгляде читала страх за меня.
– Мне пора, – прервал наши гляделки дроу.
Он с трудом встал, и на его лице снова появилось хмурое выражение.
