На шее и запястьях у него обнаружились следы от ошейника и кандалов, значит, этот темный – беглый преступник.
И сейчас самое время заняться исследованиями, сцедить кровь, взять образцы тканей и попытаться понять, откуда у него такая регенерация. Однако для того чтобы сохранить кровь, нужна магия, а я всю потратила на то, чтобы пальцы ему вправить и кости как надо расположить. Зачем, спрашивается, если завтра он все равно умрет? Эх… фиговый из меня исследователь.
Дроу не стала никуда перекладывать, аккуратно прикрыла его полушубком и платком.
Второго одеяла у меня нет, поэтому так сойдет. Сама легла на кровать и сразу отключилась.
На следующее утро ничего не изменилось. За окном так же мело, ветер задувал в щели, на столе лежал полутруп.
– А сегодня у нас на столе блюдо дня под названием: «Завтрак вампира!» Кушать подано! – пошутила я.
Возможно, как раз вампиру бы такое понравилось, но мне как-то не очень. Травы теперь раскладывать негде. Придется тумбочку и подоконник приспособить. Зато сегодня можно заняться исследованиями – магия восстановилась, силы появились.
Сейчас возьму образцы крови и ткани и запечатаю их с помощью магии. Исследования подождут, сначала надо заняться травами.
Работа с травами заняла полдня: разобрать, засушить, порезать, вымочить и так далее. Это кажется, что быть травницей несложно, но, как и во всяком деле, при сборе трав и в их подготовке к хранению очень много тонкостей. К каждому листику, к каждой травиночке, к каждому цветку нужен свой подход.
Дело спорилось, я напевала песенку, поэтому не сразу услышала тихие стоны.
– Ничего себе, труп-то начал подавать признаки жизни.
Тело на столе оказалось горячим: организм борется. А я была уверена, что дроу уже труп, но раз появилась реакция, значит, у него есть шанс на выздоровление. Весьма призрачный, надо сказать. Мужику бы капельницу поставить, но тут у меня нет всего необходимого. Будем дедовскими способами помогать.
Напоить дроу удалось быстро. Он вцепился в кружку со слабым травяным отваром, будто дней пять томился от жажды.
Половину расплескал, конечно, но какая воля к жизни! За первой кружкой отвара последовала вторая, в которой я растворила жаропонижающий порошок."
"Это придало дроу сил: он начал бредить и стонать громче и метаться так, что несколько раз едва не сверзился со стола. Какой живчик! Тёмного то знобило так, что он стучал зубами от холода, то, наоборот, тело его покрывалось потом, и он старался выбраться из-под одеяла, которым я его укрыла.
