Кажется, я поняла, что надо делать. Пусть он управляет моими действиями, это совсем не будет напоминать ему секс с Гамаисой, да и мне как-то легче.
А дальше все начало получаться само собой. Ив так чутко реагировал на мои робкие ласки, что я осмелела: потянулась к его губам… и пропала. Как же классно он целовался, с какой-то отчаянной страстью!
Его язык проник в рот, погладил кончиком чувствительное нёбо. Не прерывая поцелуя, я медленно потерлась грудью о его твердое горячее тело. Ощущения были непередаваемые, Ив шумно выдохнул, а я застонала и снова начала целовать его в шею, место за ушком, нос, губы, не переставая при этом тереться об него, как кошка.
Одной рукой я опиралась о стол, а второй гладила Ива по щеке. Никогда до этого поцелуй не доставлял мне столько удовольствия. Когда я ненадолго оторвалась от его губ, Ив потянулся за мной, не желая прерывать эту ласку. И это движение, наполненное страстной жаждой простых прикосновений, настолько завело, что я опустилась чуть ниже, продолжая осыпать поцелуями его грудь и живот.
Какой он чуткий. Просто невероятно! Я гладила, лизала, нежно прикусывала, а его тело так явно, так искренне откликалось.
Это было безумно красиво. Видеть, как часто вздымается его грудь, как сокращаются мышцы на животе, как он стискивает кулаки и чуть прикусывает нижнюю губу, стараясь сдержаться, а потом не выдерживает, приоткрывает рот и тихо стонет. И ведь я не делала ничего особенного! Просто целовала и гладила. Если он так реагирует на самые обычные ласки, то что будет, если попробовать нечто большее? От предвкушения у меня перехватило дыхание.
Я сместилась еще ниже, начала целовать внутреннюю часть бедра, когда Ив понял, что его ждет.
– Что ты де… А-а-гх!
Его тело выгнулось, звякнули цепи.
– Что делаю? – невинно поинтересовалась я, видя, как он ртом хватает воздух.
– Ты непра-а-а-ах! Неправильно-о-о.
По его животу пробежала судорога.
– А мне кажется, все правильно.
– Нет, это ты-ы-ы… ты должн-а-а-а… получать у-о-у… удовольствие.
Ого. Такую длинную фразу выговорил.
– А разве я его не получаю? Разве наручники не разжимаются?
Ив аккуратно пошевелил руками.
– Разжимаются... – ошарашено сказал он.
– Ну, вот видишь!
Я неожиданно вошла во вкус. Мне нравилась его реакция, нравились хриплые стоны, рваное дыхание. Нравилось, как он чуть приподнимает бедра, когда я слегка отстраняюсь. Моё тело ловит его возбуждение, от удивительной чувственности сносит крышу напрочь.
