Под прикрытием дани уважения к охоте должен был присоединиться Норд Грозовой со своими нагами. Змеи не могли передвигаться верхом, поэтому традиционно на большие расстояния наги перемещались либо порталами, либо в дорожных фургонах, ну либо ползком.
Даже в мирной жизни это накладывало на нагов ограничения. А во время войны практически лишало войска нагов возможности передвижения. И именно поэтому очень долгое время основным манёвром против армии нагов был массированный удар конных всадников по линиям обороны воинов-змеев.
Главное выманить нагов на равнину и не дать успеть окопаться.
Но Марина Лангран умудрилась создать, как она это назвала, кавалерию нагаата, подарив рисунки и схемы ""боевой римской колесницы"" мастерам-оружейникам змеиной армии. Почему она римская, никто не знал. Но в нагаате прижилась очень быстро, первые бои с участием колесниц прошли на пограничье и произвели настолько ошеломительное впечатление, что подобное новшество буквально моментально было принято нагами.
Сейчас в нагаате даже турниры проходят по управлению повозками.
А в поселениях пришлось вводить ограничения на использование колесниц. Вот сейчас, Норд Грозовой присоединиться к охоте именно на таких колесницах.
Судя по тому, как загорелись глаза Рейгара, управлять колесницей он умеет. Я решил не упрямиться и послушать совета жены. Стоило нам появиться в малой гостиной, где проходил завтрак, как Эрик обратил внимание на причёску Селены.
— Какое плетение! Красиво. Кто заплетал? — добродушно усмехался наследник княжества, как я недавно узнал, и мой дальний родич.
— Хотя зачем я спрашиваю, прическа уж больно говорящая.
— В каком смысле? — удивилась жена.
Эрик обошёл Селену и, встав у неё за спиной, провёл пальцем по извивающейся косе.
— Наг. — Просто пояснил родич, затем провел по прядям, вплетающимся в общую косу. — Следы от когтей оборотня — кота, коса поверх, значит наг старший муж. Круг замкнут.
Эрик провёл по голой шее жены, словно показывая, что вся длина волос Селены убрана в плетение, оставляя шею голой.
— Пометил, значит? — жена смотрела на меня, хитро улыбаясь. — Ну, вот и будешь теперь по утрам сам меня заплетать!
Ну, наказала, так наказала! Повинуясь порыву, я подхватил её чуть выше колен и, подняв вверх, закружил, под её счастливый смех. Где- то позади остались обиды, нанесённые мною моей жене. Сейчас моя девочка доверчиво радовалась в моих руках."
"И только проводив жену за стол, я заметил какими глазами на нас смотрят Рианна и Элиандра.
