Самое удивительное, что я не видела его ни на вчерашней смене, ни сегодня на пятиминутке. Ее провел один из вышедших с больничного врачей. А вот сейчас Зорин зачем-то приперся на занятие. И судя по его виду, он пришел не просто так, а реально вести занятие.
— И с какого дня они болеют? И все пятеро или по очереди захворали?
— Вчера все были. А вот сегодня массово скосил грипп, — все так же дружелюбно отвечает мой плохо врущий одногруппник.
— Евгения Александровна, а ты вчера присутствовала на занятии?
— Да.
— И что скажешь? Твой сокамерник, прости, одногруппник, говорит правду? Подумай хорошо перед тем, как ответить.
Соврешь — всей группе я устрою зачет без вазелина в конце недели. Ответишь правду — без вазелина только провинившимся, всем остальным я дам им воспользоваться, — сволочь! — Я долго буду ждать? Количество упаковок с выше озвученной мазью ограничено.
— Неправду.
— Сколько вчера было человек и кто, — втройне сволочь! — Женя, прием?
— Четверо, — тихо произношу я и перечисляю «счастливчиков», которым предполагается хотя бы вазелин.
— Так, уже четыре задницы относительно спасены, — тихо произносит Козлешка, делая заметки в записной книге. — Итак, кто из вас пятерых ходил на все занятия? Ты, Биглов? — указывает взглядом на, вечно закипающего от неправильного произношения фамилии, нашего ботаника.
— Ударение на первый слог, Алексей Викторович. Да, я был на всех занятиях.
— Итак, БиглОв, — намеренно произносит Зорин, закатывая глаза. — Пиши список злостных прогульщиков, тех, кто пропустил занятия больше одного раза.
— Таких только двое. Ну и Женя, но она…
— Побойся Бога, у нас с Евгенией особые…, — делает значительную паузу. — Рабочие отношения. У нее практика за прошлую неделю автоматом зачтена. За эту, правда, нет, — в наглую вырывает листок у Биглова. — Итак, детки, достаем листы бумаги. Каждый тянет задачу и отвечаем на поставленные вопросы. Максимально развернуто. После сдаемся мне и идем к больным.
***То, что Зорин унизит меня перед больным, я точно не ожидала, равно как и то, что он будет это делать намеренно, демонстрируя свое превосходство.
Хуже всего, что я и вправду косячила. Словно руки вылезли из всеми известного места. Но я точно не заслуживала того, чтобы быть при этом прилюдно униженной. Можно это сделать наедине!
Дальше еще хуже, меня словно кто-то проклял, и я впервые не знаю, что ответить на «легкую» задачку без подготовки на заключительном этапе окончания занятия. Гематология никогда не была моим коньком.
