Взгляды трех пар глаз еще на мгновение задержались на мисс Уинтер, а потом перекочевали на Дэниела.
– Благородное стремление, не спорю, но обучение пойдет гораздо успешнее, если у них перед глазами будет ваш прекрасный пример.
Взгляды девочек вновь устремились на мисс Уинтер.
Та ответила не сразу, и Дэниел ничуть не сомневался, что она тянет время, подыскивая достойный ответ.
– За годы службы гувернанткой я поняла, что Господь не наградил меня даром лицедейства, поэтому мне не хочется, чтобы мои подопечные становились свидетелями столь печального зрелища.
– Сомневаюсь, что ваши актерские способности окажутся хуже моих.
Мисс Уинтер прищурилась:
– Может, и так, но вы же не их гувернантка.
На этот раз Дэниел усмехнулся:
– Определенно. Только это вряд ли имеет большое значение.
– Au contraire[9], – с явным наслаждением возразила мисс Уинтер. – Вы же мужчина, а потому никто и не ждет, что вы станете для них примером истинной леди.
Граф подался вперед:
– Довольны собой, верно?
Энн улыбнулась одними уголками рта:
– Очень.
– Думаю, то, что мы увидели, даже лучше, чем пьесы Гарриет, – изрекла Фрэнсис, вслед за сестрами устремив взгляд на Дэниела.
– Я все записываю, – объявила Гарриет.
Не удержавшись, Дэниел посмотрел на сестру, поскольку был совершенно уверен что кроме вилки у нее в руках ничего нет.
– Вернее, запоминаю, чтобы потом записать.
Дэниел вновь сосредоточил внимание на мисс Уинтер. Она сейчас выглядела ужасно правильной, восседая на стуле с идеально прямой спиной.
Темные волосы собраны в аккуратный пучок, каждая прядь тщательно уложена. В ней не было ничего необычного, если бы не одна особенность – она словно излучала свет.
Во всяком случае, так казалось Дэниелу. И, возможно, так показалось бы любому мужчине в Англии. А если Гарриет, Элизабет и Фрэнсис не видели этого, то лишь потому, что они девочки, да к тому же совсем юные, которым не приходило в голову видеть в наставнице соперницу. Свободные от ревности и предубеждений, они видели ее именно такой, какой, по мнению Дэниела, ей хотелось быть: умной, образованной, хорошо воспитанной, интеллигентной – примером для юных леди.
И конечно, привлекательной. И в этом состояла странность. Граф не мог понять, откуда взялось это ощущение, но его не покидала мысль, что мисс Уинтер очень нравится обращать на себя внимание, хотя при этом ей ужасно претит мысль прослыть красавицей. И это делало ее в глазах лорда Уинстеда еще более загадочной.
