– А пиявок ставить не будешь? – пошутил Макс, не подозревая, что давешние пиявки спасли ему жизнь.
– Что-то у нас каждый день одно и то же, – сказала Маша. – Сначала драка, потом лечение... Но дерешься ты здорово!
– Если так пойдет и дальше, я быстро восстановлю форму.
– И найдешь миллион долларов?
– О! Дай-ка мне телефон.
Слегка приподнявшись на локтях, Макс набрал номер. Трубку сняли почти сразу.
– Веретнев слушает.
– Алексей Иванович, это я.
– На ловца и зверь бежит, – довольно хмыкнул Слон. – Что-то ты пропал! Давай ко мне, дело есть.
Макс вздохнул. Боль уменьшилась, но окончательно не прошла.
– Не могу. Меня подбили какие-то гады, лежу с компрессом. Но у меня тоже есть дело. Может, подкатите ко мне?
– Хорошо. – Веретнев не стал спорить. – Говори адрес.
– Ленинский проспект, 154, квартира 58, шестой подъезд.
– Ладно, через полчаса жди.
Маша, загадочно улыбаясь, подошла к кровати. Она переоделась в домашний халатик и успела снять дымчатые колготки. Голые ноги откровенно белели.
– С этим Алексеем Ивановичем ты и будешь искать клад? Очень хорошо. А пока давай я тебя помассирую.
Она села верхом ему на спину и принялась разминать плечи. Макс ощутил горячую влажную промежность на своей пояснице и понял, что девушка сняла и трусики.
– Это вместо йодной сетки? Действительно нетрадиционно...
– Ты не против? – с придыханием поинтересовалась Маша и, не дожидаясь ответа, принялась скользить нижней частью тела вдоль позвоночника: вверх – вниз, опять вверх и снова вниз.
Ее бедра двигались с гораздо большей энергией, чем пальцы, разминающие напряженные плечи. Это не оставляло сомнений в том, какой массаж является основным, а какой сопутствующим.
Макс расслабился, каменное тело постепенно размягчалось. Врезавшиеся в память фигуры, взявшие его в кольцо возле самого дома, утратили четкость очертаний и таяли, превращаясь в туман.
– Где у тебя болит? – прерывающимся голосом спросила Маша. – Здесь? Или здесь?
– Чуть выше... И правее... – Голос у него тоже изменился.
Горячая плоть переместилась в нужном направлении. Еще недавно здесь лежал лед. То ли из-за контраста температур, то ли по другим причинам, но ушиб перестал болеть: появилось ощущение, что вагинальный жар проникает сквозь мышечный пласт и разглаживает поврежденные ткани. Взад-вперед, взад-вперед... Ритмичные движения распахнутой, оставляющей на коже скользкую смазку промежности затронули в подсознании какие-то смутные воспоминания.
