– Что будете пить?
– Водку, чего же еще, – буркнул Фокин. Он не знал, зачем Атаманов устроил эту встречу, да это его не особенно и интересовало.
– Водка требует капитального застолья, – улыбнулся Атаманов. – И обильной закуски. Сальце, квашеная капуста, соленые огурчики, селедочка... Непременно горячие блюда. Ну и, конечно, тосты... Все это растягивается на целый вечер, выпивается много, люди сближаются, откровенничают, поют песни... Российская атрибутика, наш отечественный менталитет...
Он выбрал высокую прямоугольную бутылку с голубой этикеткой, плеснул желтоватую жидкость в широкие, с толстым дном стаканы, привычно полез в холодильник.
– Другое дело – виски. Это европейский вариант: можно пить стоя, на фуршете, закусывать солеными орешками или вообще не закусывать, каждый пьет сам по себе, мелкими глоточками, никакого объединения, совсем другие дозы... Нам это непривычно, но надо перенимать цивилизованные варианты...
Блестящие щипчики аккуратно положили в стаканы искрящиеся кубики льда.
– Рекомендую. – Жестом гостеприимного хозяина Атаманов протянул стакан. – Это «Джонни Уокер – голубая марка». Выдержка – двадцать восемь лет. Не всякий коньяк может сравниться.
Фокин сделал маленький глоток, потом еще один.
– Ну как?
– По-моему, та же водка. – Он залпом выпил, разжевав и проглотив несколько кусочков льда.
– Нет, нет, вы не правы, – засмеялся хозяин. – Просто нужна привычка.
Атаманов со вкусом отхлебнул и прежним беззаботным тоном продолжил:
– Я не сержусь на вас, работа есть работа.
И пригласил развеяться без всякой корыстной цели. Наоборот, я представлю вас одному очень влиятельному человеку. Это будет очень полезное знакомство, и оно вам может пригодиться.
– Познакомимся, – буркнул Фокин. Он пытался изменить тон, но ничего не получалось.
Лимузин затормозил у изящного четырехэтажного здания с желто-зеленой неоновой надписью «Семь звезд» на фасаде.
– Приехали.
– Это что, бассейн?
– И бассейн тоже, – гордо ответил Атаманов.
Поднявшись по нескольким ступенькам, они прошли пост охраны и оказались в просторном, отделанном мрамором вестибюле. Атаманов уверенно шел вперед, у резной дубовой двери к нему нерешительно обратился коренастый молодой человек с именной табличкой на лацкане темного пиджака и с рацией в руке.
– В большой зал сейчас нельзя, Илья Сергеевич, – извиняющимся тоном сказал он."
"– Можно. Игорь Васильевич нас ждет, – не останавливаясь, ответил тот.
