Любой мужчина, что занимает её мысли, будет уничтожен.
Любой! Соперника я в живых не оставлю!
- Дьярви, друг мой, если ты и дальше будешь прожигать всех таким взглядом - народ разбежится и непросто по домам, а в соседние земли, - тихий шёпот Брека отвлёк меня от собственных мыслей.
- Тебе лучше сейчас помолчать, - сдерживая эмоции, прошипел я.
- Конечно, и всё же больше радости и милости на лице.
Повернув голову в сторону друга, я улыбнулся ему, как он того и просил.
- Лучше, брат, и дальше иди мрачным как туча, это как-то менее пугающе, - раздался за моей спиной голос Вегарта.
Поджав губы, я ещё раз осмотрел собравшийся здесь люд. Оборванцы. И это их лучшие наряды, в которых они явились на пир к лорду.
- Когда прибывают обозы? - тихо спросил я у всех разом.
- Завтра должны быть уже здесь.
- Найдите среди местных портних и оденьте приличнее хотя бы женщин и детей. А то такое чувство, что я в столице в окружении бездомных из подворотни.
- Это траты, - тихо шепнула Кнесе.
- Это вложение в свой народ: чем они здоровее и сытнее, тем работают лучше.
Мне никто не ответил. Но я и так знал - выполнят. Дешёвой шерстяной ткани в обозах было с избытком.
Розанна продолжала молчать.
Пройдя по мосту, мы, наконец, попали во внутренний двор. Не удержавшись, свернул не на крыльцо, а к позорным столбам, у которых стояли хмурые перевертыши.
Я чётко уловил момент, когда Густов поднял голову. Столько гнева в его глазах.
- Явился позлорадствовать, генерал? - процедил он.
- Нет ничего приятнее, чем униженный и поверженный враг.
- Если ждёшь от меня поздравлений, то не стоит тратить время, и знаешь, ящер, со мной она хотя бы не плакала.
Это был удар по моему самолюбию.
- Густов, - шепнула моя девочка, - не надо напрашиваться на гнев.
- Ну дважды он меня не убьёт, любовь моя.
- Густов! Прекрати! - нервно и как-то дёргано шикнула моя невеста на перевёртыша. -Лорд Дьярви, я прошу вас, пощадите его. Отложите казнь, хоть ненадолго. Не торопитесь.
Я стиснул зубы, наблюдая, как улыбка медведя становится всё шире.
Вот зачем она открыла рот и попросила за него.
За этого блошистого оборотня, что претендовал на её тело и земли.
Он всем своим видом давал мне понять, что они близки. Ложь? Да! Я понимал умом, что она чиста. Мне не нужны были доказательства, просто я слишком много видел шлюх, и способен различить какого поля ягодка передо мной.
Но она просила за него со слезами. Умоляла сохранить ему жизнь.
Другой мужчина был дорог ей.
