Он был весел, пах потом и нес с собой маленького, едва различимого ангела надежды. Соски его Зои помнила еще со времен детства.
— А мы с Зои наслаждались, наблюдая за тобой, — сообщил Гарри. Он положил руку на спинку кресла Зои, пристроил ступни — без носков, в одних высоких грязно-белых спортивных ботинках — на перила веранды.
— Привет, Зо, — сказал Вилл. Он уже стоял за спинами Зои и Гарри. Наклонился и чмокнул Гарри в макушку.
— Ты заливаешь потом мою газету, — сказал Гарри.
— И собираюсь не только ее залить.
Как ты себя чувствуешь, Зо?
— Хорошо, — сказала она. — Здесь так красиво.
— Aгa.
Кругом были пчелы, выжженное синее небо, яркая, неспокойная вода залива. И казалось, ничего с ними не может случиться, потому что существует все это и пчелы кормятся в прибрежных кустах роз.
— Как вы насчет искупаться? — спросил Вилл.
— Я бы не прочь, — ответил Гарри.
— А ты, Зо?
— Мм?
— Искупаться не хочешь?
— А. Не знаю. Может, я для начала посижу на пляже, посмотрю, как купаетесь вы?
— Все, что захочешь, — ответил Вилл.
Зои взяла в ладонь прядь своих волос. Ей было трудно сказать, покидает она время или уходит в него все глубже. И за волосы она держалась так, точно они помогали ей удерживать равновесие.
— Я с удовольствием посидела бы на пляже, — сказала она. — И посмотрела, как вы, мальчики, плаваете.
— Мы уже не мальчики, — сказал Гарри. — Разве что в наших мечтах.
— Ну, так уж я о вас думаю, — ответила она Гарри. — И так мысленно называю. Мальчики.
— Я против названия «мальчики» ничего не имею, — сообщил Вилл.
— Да уж, разумеется, — сказал Гарри.
— Не цепляйся ко мне, ладно?
— Конечно-конечно. Старейший из ныне живущих мальчиков.
Началась притворная потасовка. Вилл делал выпады и отражал удары размашистыми, как у боксирующего кенгуру, движениями. Гарри отбивал его кулаки.
— Не связывайтесь со мной, — говорил он кулакам. — Я нынче не в настроении.
— Я еще и не начал с тобой связываться, — отвечал Вилл.
Жужжала, повиснув над досками пола, пчела. Зои наблюдала за ее пышным, висящим в воздухе грузным тельцем, за отбрасываемой ею прозрачной тенью.
Наблюдала за согласными движениями брата и его любовника. Имела ли их привязанность друг к другу какое-то отношение к полету пчелы? Нет, просто она привыкла искать во всем связи.
Вилл что-то сказал ей, она лишь улыбнулась. В последнее время слова заботили ее меньше всего.
— Курс на Землю, Зои, — произнес Гарри."
"— Я здесь, — ответила она им обоим. — Не беспокойтесь, я здесь, с вами.
