Вздрагиваю от резкого окрика Мирантора:
— Хватит! — резкий шлепок ладонью по чему-то твёрдому, наверное, по столешнице. — Это ничего не доказывает! Те девки были обычными шлюхами, а Аурэлия моя дочь! Её он и пальцем не тронет, не посмеет!
— А если посмеет?
На некоторое время в кабинете становится тихо. И я даже начинаю опасаться, что сейчас кто-то из них выйдет, и меня обнаружат. Но потом раздаётся голос Мирантора, усталый и тихий.
— Роквуд, ты же умный парень. Как не поймёшь? Ну, нельзя ставить личное выше интересов государства.
Иначе, — тяжкий вздох. — Какой из меня правитель? Мне самому нравится эта малышка. Да, забавная, умненькая и личико милое. Жаль, что недолго общались. Но я должен думать, прежде всего, о народе. А народу будет хорошо, если мы быстро закроем вопрос с Югом и займёмся Севером. Всё просто.
Райгон начинает что-то отвечать, но я опять не могу разобрать его слов. Напрягая слух, подаюсь вперёд, ближе к проёму двери, и именно в этот момент у меня под ногой раздаётся громкий скрип половицы.
Гаргулья срань!
Разговор мужчин тут же стихает. Слышали.
Переступаю с ноги на ногу и вхожу в кабинет с невинной улыбкой. Нет, я не подслушивала, я только что подошла.
Смотрю на Мирантора, сидящего в большом кресле, обитом красной кожей, с резной позолотой наверху, и стоящего у окна Райгона. Последний сверлит меня прищуренным хмурым взглядом исподлобья. Понял, что подслушивала. Всегда всё понимает.
Ну, и что? Пусть докажет! Сжимаю ткань юбки и приседаю:
— Ваше Императорское величество, генерал Роквуд.
— Проходи, дочка, присаживайся. Генерал уже уходит, — произносит Мирантор с нажимом и выразительно смотрит на Райгона.
Райгон кланяется Императору, сухо кивает мне и идёт прочь быстрым шагом, сомкнув губы в плотную линию. Его брови сошлись на переносице, ноздри зло раздуваются. Кажется, кто-то не в духе. Знать бы, почему.
Прохожу через кабинет и опускаюсь на бордовый велюровый диванчик у стены. В воздухе висит напряжение. Нужно с чего-то начать, и я вспоминаю, с чего.
— Давно хотела спросить, можно?
— Спрашивай, дочка, — разрешает Мирантор.
— Я не вижу при дворе семейство Лингерли. Лорд и леди Лингерли всегда были добры ко мне, они старые друзья покойного лорда Роквуда. С Вайетом мы тоже дружим с детства. Кроме того, я обязана ему жизнью.
— Вот это меня и тревожит, — соглашается Мирантор. — Ваша чересчур близкая дружба. В общем, я удалил их от двора, на время.
— Не о чем тревожиться, Ваше Императорское величество, — качаю головой.
