Щенячий детский восторг, который я испытывала при виде Вайета, и рядом не стоит с тем, что чувствую сейчас."
"Не оборачиваюсь. Жду, пока он заговорит первым. Вот только Райгон произносит вовсе не то, что я ожидала услышать.
— Вам следует вернуться в зал, принцесса, — раздаётся за спиной его ледяной голос.
Что? Мне уже и шагу нельзя ступить?
— А больше ничего? — шиплю сердито, едва повернув голову.
— Вам следует вернуться в зал или подняться в свои покои, — повторяет упрямый ледяной голос. — Иное противоречит протоколу и не безопасно.
И отойдите от края. Сейчас же.
Оборачиваюсь так резко, что волосы хлещут меня по щеке.
Райгон остановился в нескольких шагах. Стоит неподвижно и прямо, огромный и непоколебимый, он занимает собой добрую часть просторной террасы. Его тёмные волосы и чёрный камзол сливаются с окружающей тьмой, и только глаза, янтарно-жёлтые, отчётливо видны. И как я раньше не замечала, что они у него такие яркие?
Вот только смотрит он не на меня, а как будто сквозь меня. Закрылся, отгородился толстой стеной.
И мне бы радоваться подобной перемене.
Но внутри, непонятно с чего, вдруг поднимается волна раздражения и злости. Вот только она уже не та, что была прежде, а какая-то новая, отчаянная, горькая и опасная.
Столько всего можно сказать друг другу, но он опять за своё! Опять приказы, которыми я сыта по горло!
Ох, я ему сейчас скажу всё, что думаю!
Сжимаю струящуюся ткань платья, но в самый последний момент замечаю двоих стражников в серых доспехах, застывших снаружи, у выхода на террасу.
Райгон пришёл не один. Специально? Чего он добивается этим своим странным поведением?
С какой стати делает вид, что мы чужие?
Прищуриваюсь и шиплю, глядя на него в упор:
— А если я не хочу возвращаться ни в зал, ни в свою комнату? Если я хочу стоять здесь!
Сердито топаю ногой, но вместо того, чтобы ударить по камню, каблук вдруг не чувствует под собой опоры, а приземляется в пустоту, за край выступа.
Нелепо взмахиваю руками, покачиваюсь и едва не падаю вниз с террасы, но реакция Райгона молниеносна.
В пару шагов он оказывается рядом, его ладонь стальным капканом смыкается у меня на плече, а затем он грубо дёргает меня на себя.
Впечатываюсь в его твёрдую грудь, упираюсь в неё кулачками и сердито смотрю на него снизу вверх. Его брови нахмурены, а губы плотно сомкнуты, в уголке рта залегла жёсткая складка.
— Я сказал, — цедит он, сжимая моё плечо. — Отойди. От. Края. В следующий раз делай, что говорят, с первого раза.
