И позволь мне услышать свое имя, слетающее с этих сладких губок.
— Малькольм! Кольм. И еще раз — Кольм!
Он радостно засмеялся, и Аликс вдруг осознала, что никогда еще не видела его таким счастливым, как в эту минуту. Хотя с тех пор как она появилась в Данглисе, он научился е улыбаться и стал чаще смеяться.
— Теперь я оставлю тебя, ягненочек, — сказал он. — И больше ты не станешь бояться любить меня?
— Нет, Кольм, не буду, — пообещала она.
Он поднялся, завернулся в плед, поцеловал ее и пожелал спокойной ночи.
Оставшись одна, Аликс немного полежала без сна.
Как сладка страсть, испытанная впервые! Страсть, разделенная с Малькольмом Скоттом!
Назавтра слуги перенесли ее скудные пожитки в соседнюю со спальней лэрда комнату. Когда Фиона поинтересовалась, зачем все это, отец ответил, что теперь Аликс будет поближе к ней, потому что детская находилась по другую сторону от его комнаты.
— Теперь мы все будем как горошины в одном стручке, — добавила Аликс.
— И мне это нравится! — возликовала Фиона, а Аликс стало немного стыдно за такой обман.
Наивная девочка не подозревает всей правды!
В этот год на границе было спокойно, и с началом осени лэрд понял, что его вожделение к Аликс не только не улеглось, но с каждым днем пылает все ярче. Ему уже было недостаточно того, что каждую ночь он проводил в ее постели.
Как-то они вдвоем поехали кататься, оставив Фиону под присмотром Фенеллы, учившей ее набивать матрацы: умение, абсолютно необходимое для леди, как заверила ее Аликс и как подтвердила экономка.
Спешившись, они уселись на склоне холма.
Все было тихо и мирно. Неподалеку коровы мирно щипали траву.
Аликс легла и уставилась в небо, по которому плыли облака, временами закрывавшие солнце, которое, однако, упрямо проглядывало снова и снова, заливая землю ярким светом. Малькольм склонился над возлюбленной, а она, заметив желание в его глазах, раскрыла объятия. Ее юбки были мгновенно задраны до талии, и любовник яростно вонзился в гостеприимное лоно. Обвив ногами его талию, она царапала ногтями широкую спину.
Он быстро подвел ее к самому краю и, когда она закричала от наслаждения, сделал это еще раз.
— Я не знала, что можно делить страсть и на склоне холма, — призналась она.
— Страсть можно делить в любое время и в любом месте, — заверил он.
В начале осени в Данглис прибыл всадник. На его плаще красовалась пряжка с гербом королевы Марии. Оказалось, что вдовствующая королева приказала лэрду Данглиса как можно скорее явиться в ее замок Рейвенскрейг в Файфе.
