— Мне неприятно об этом думать, но, возможно, придется заточить ее в старую башню у Данглис-Уотер. Не хватало, чтобы Аликс или Фиона набрели когда-нибудь на ее коттедж. Я был слишком милостив к ней, другой просто прикончил бы ее в тот день!
— Да, господин, вы абсолютно правы. Но это новое убийство не может остаться безнаказанным. Конечно, у сэра Удолфа не осталось родственников, и некому его искать, но если в прошлом были еще жертвы, она не уймется. Вы сделали все возможное, чтобы защитить ее от самой себя. Файфа и Рейф — люди добрые, и они верно ей служат, но считают ее госпожой и потому выполняют любые приказы.
Она опасна и, боюсь, станет еще опаснее.
— Я согласен с тобой, Бейн, — кивнул лэрд. — Но впереди осень и зима. Скоро госпожа родит. Я не хочу, чтобы она что-то узнала о Робене, — это ее расстроит. И не желаю, чтобы Фиона услышала о том, что ее мать все еще жива. Та рана, которую причинила ей эта женщина, была исцелена любовью Аликс.
— Нельзя ждать, милорд, — настаивал Бейн.
— Знаю, знаю.
Еще до начала зимы я поговорю с отцом Дональдом и только потом приму решение насчет Робены. Но, друг мой, прошу тебя молчать обо всем.
— Разумеется, милорд.
— У тебя усталый вид, и это неудивительно, — отметил Малькольм. — Уже почти рассвело. Но ты пойди и поспи хотя бы несколько часов.
— Верно, милорд, я устал.
«Больше, чем ты можешь представить…»
Он отправился к себе. Капитан имел право на свою крошечную каморку.
Оказавшись у себя, он вымылся холодной водой. Все, что угодно, лишь бы избавиться от запаха этой твари!
Кости Христовы! Неужели лэрд его учуял? Впрочем, смрад, должно быть, выветрился после долгого пути.
А священник так и не пришел. Но позже Бейн сам пойдет к нему и расскажет о случившемся. А потом исповедуется. Священник согласится с ним: Робену Рамзи нужно запереть в клетку, как дикого зверя! У Малькольма Скотта слишком доброе сердце. Но если он не предпримет ничего в ближайшее время, его нерешительность может легко привести к трагедии.
Глава 17
В полусвете раннего утра Файфа грубо тряхнула госпожу за плечо.
Та открыла глаза и прорычала:
— В чем дело? Солнце еще не поднялось, а ты меня будишь?
— Он сбежал! — сообщила Файфа.
— Сбежал? Кто?
И тут синие глаза Робены широко раскрылись.
— О чем ты, черт возьми? Как он мог сбежать? Этого быть не может!
— А его нет, — отрезала Файфа.
Робена задумчиво прищурилась.
— Наверное, ты или твой брат… — начала она.
— Конечно, нет! — вознегодовала Файфа.
