Жалко, конечно, что сейчас он не на месте её друга, но Даша сказала «Вечером!», значит, надо ждать вечера и ни о чем не беспокоиться. Он любит. Он должен.
Бранделиус отошёл от двери кабинета, в котором уединились его гости — он наблюдал за ними через узенькую щёлочку, — и медленно направился на кухню: после столь горячего секса Даша наверняка захочет пить. Сделать ей чай? Белое вино? Или освежающий мохито?
Он остановился на пороге кухни, размышляя, чем порадовать любимую, и неожиданно вздрогнул: его вдруг охватило ощущение невероятной, чудовищной в своей нелепости неправильности происходящего.
В том, что творилось сейчас, таилась какая-то жуткая ложь, но какая?
Что не так?
Со второго этажа донёсся громкий крик.
«Что происходит? Кто там? Я… — Бранделиус пошатнулся, потёр висок, недоуменно огляделся, и взгляд его упёрся в винный шкаф. — Пожалуй, белое вино станет наилучшим выбором для моей красавицы»."
"Он извлёк бутылку пьемонтского, вытащил бокалы, а затем подошёл к окну, привлечённый странными звуками из сада…
* * *— Почему мы не поехали за рыжим? — осмелился спросить Хлястик.
— Он ведь наша цель…
— И наверняка отправился кого-нибудь мочить. — Самбука зевнул. — Это становится однообразно, скучно и неинтересно.
— А что интересного здесь?
— Есть ощущение, что здесь живёт его хозяин. — Теперь барон усмехнулся. — Вспомни: рыжий ютится в панельной многоэтажке и катается на подержанной тачке. И вдруг приезжает в крутой дом… Или здесь его хозяин, или здесь их логово.
— Если манерный — хозяин, то наш рыжий, получается, бойцовский пёс?
— Которого изредка спускают с цепи…
— Ничего себе — изредка! Два дня — три трупа. — Хлястик покачал головой, припоминая славные девяностые, когда такая «производительность» не считалась из ряда вон выходящей, и добавил: — И сейчас, ты сам сказал, он кого-то мочит.
— Но ведь раньше не мочил, — резонно ответил Самбука. — Его, наверное, привезли сюда.
— И ты хочешь знать…
— Хочу поговорить с владельцем… Может, удастся получить телефон питомника.
Мне бы такая собачка пригодилась.
Грузило засопел.
— Обиделся?
Но ответить здоровяк не успел: к дому подъехал длинный тёмный универсал, кажется, «Ауди», к направляющим на крыше которого была привязана асбестовая труба семи-восьми футов.
— Сантехники, что ли?
— Или косят под сантехников, — осторожно заметил Хлястик.
— Или так, — не стал спорить барон.
