В мыслях я ухожу уже достаточно далеко: планирую вернуться к Олесе настоящей победительницей, когда замечаю, что и второй охранник проходит мимо.
Выждав еще несколько минут, осторожно выглядываю из беседки. Стараюсь идти под деревьями, надеясь минимально засветиться на камерах.
По дороге к небольшому домику убеждаюсь, что это единственное место, куда могли утащить парня. Больше нигде ничего не наблюдается.
Мне снова везет — дверь расположена так, что не обязательно выходить на дорожку. Оглянувшись еще раз, решительно иду вперед.
Сердце колотится как сумасшедшее. Я ожидаю увидеть внутри того самого парня со связанными руками. Мне достаточно нескольких минут — просто поговорить с ним, чтобы получить дополнительные зацепки и улики против Бессонова.
Однако когда я захожу внутрь, то, во-первых, чувствую свежий запах дерева. Словно дом буквально недавно построили. Во-вторых, судя по всему строение планируется как баня.
Но что странно — никого здесь нет.
Растерянно оглядываюсь, когда вдруг слышу позади едва различимый шорох.
Обернуться я не успеваю — на плечи ложатся чьи-то руки, а следом я слышу хриплый мужской голос:
— Ку-ку…
— 9 Вика
Наверное, моя удачливость перестала работать. Иначе как объяснить эту ситуацию?
Чувствую запах табака, убеждаясь, что это совершенно точно не Марат. Да и голос тоже не его.
Пока соображаю, как отступить на безопасное расстояние, и чем обороняться, если придется, чувствую, как тело сзади прижимается уже практически вплотную.
Паника вязкой патокой разливается по венам.
Я не знаю, кто рядом, но делаю то, чему меня учил отец — резко бью локтем назад, ухожу влево, пытаясь развернуться.
Но то ли я действую слишком медленно, то ли недостаточно технично — в итоге оказываюсь развернута лицом к тому самому охраннику, который приносил мне утром вещи.
На его лице красуется довольная ухмылка, а глаза какие-то слишком черные. Да и зрачки у него чересчур расширены.
— Что то забыла куколка?
— П-пустите, — пищу, дергаясь в его хватке, судорожно придумывая, как вести себя сейчас.
Казалось бы, Бессонов точно так же держал меня, и смотрел тоже цинично и с желанием. Но меня не воротило, как сейчас.
— Босс будет недоволен, что ты тут трешься, — скалится он с явным предвкушением. — Но можем договориться.
Меня передергивает от такого предложения. Он ведь не шутит — действительно считает такой расклад реальным.
— Нет, — мотаю головой. — Не интересует.
Упираюсь руками в его грудь, отталкиваюсь.
