Вижу, как огонек сменяет красный цвет на зеленый. Ого! Так вот что мне надо…
Марат ловит мой заинтересованный взгляд, но молчит.
— То есть все? Снимете с меня? — отыгрываю роль наивной девочки.
— Ну, ты же хочешь на пробежку, — ухмыляется он. — А от меня далеко не убежишь в лесу. Погнали, царевна. Покажешь, на что способна.
Он кивает на ступени, и мы вместе спускаемся с крыльца.
Бессонов идет первым, даже не оглядывается — словно и не сомневается, что, во-первых, я иду за ним, а во-вторых, не выкину что-то.
То есть не считает меня опасной. Что ж, папа всегда говорит, что недооценивать противника — главная ошибка. Но пусть Бессонов ее совершит.
Мы проходим через всю территорию, огороженную забором. Сад тут, прямо скажем, не особо ухожен. То ли хозяину плевать, то ли нет садовника. Но я бы тут много чего посоветовала подправить.
В глубине находится небольшая калитка. Марат набирает код, вставая при этом так, что комбинацию я не успеваю заметить.
— Вперед, — командует он. Я с опаской смотрю на калитку, затем на свой браслет.
— Не бойся. Бабах не случится, — фыркает он.
Я вроде бы понимаю, что нужна ему живой. Пока он не в курсе деталей нашего с Олесей плана, он будет держать меня невредимой. По крайней мере, в общем смысле. Но все равно сердце стучит быстро-быстро, когда я выхожу за забор.
— Готова? — спрашивает Марат. — Не отставай.
У меня с физической подготовкой полный порядок. Правда, я в этом уверена ровно до момента, пока мы не начинаем нашу пробежку.
Километр, второй. Бег на длинные дистанции я не особенно люблю, но отец нас с братом гонял достаточно, чтобы я могла выдержать все это.
Вот только выносливость у Бессонова явно прокачана лучше, и либо он специально выбирает маршрут подлиннее, чтобы вымотать меня, либо он просто киборг.
Когда я начинаю ощутимо отставать и, сдавшись, торможу у дерева, он оборачивается и медленно возвращается. При этом я неровно дышу, жадно хватая воздух, костеря себя за то, что на первом же отрезке решила показать, что вообще-то я очень даже подготовлена.
Зачем было выпендриваться? Марат же в ответ тоже ускорился.
— Что, дыхалка сдохла? — с наигранным сочувствием спрашивает он, глядя, как я стою, прислонившись к широкому дереву.
Все мои мысли о том, чтобы присмотреть пути отхода, давно уже похоронены — меня учили ориентироваться в лесу, но в какой-то момент я потерялась. Стыдно — жуть!
— Ногу браслет натер, — огрызаюсь, раздраженно глядя на этого гада.
