Трибуны подошли ближе и стали всматриваться в тонкие четкие линии чертежей.
– Ты, Александр, выставляешь две манипулы[20] с полным вооружением вокруг дворца, перекрывая все входы и выходы вот здесь и здесь, – Марк показал острием кинжала. – Третья манипула контролирует подходы к дворцу, четвертая – остается в резерве на случай бунта черни или выступления легионов.
Командир первой когорты наклонил голову и прижал кулак к груди.
– Ты, Клодий, сменяешь караулы внутренней стражи, расставляя везде проверенных людей.
Я и ты во главе десятка смелых и очень преданных гвардейцев проникаем в покои Веспасиана, и…
Марк посмотрел прямо в глаза трибуну третьей когорты. Тот молча опустил веки.
– Твои манипулы выстраивают второе кольцо охраны и поддерживают Александра в случае осложнений, – продолжил командир преторианцев. – Когда главное дело будет сделано, когорты провозглашают нового императора…
– Марка Златокудрого, – уточнил Клодий.
* * *– Это красивое кольцо, – произнесла Габриэла, рассматривая снятый Марком перстень.
– Оно завораживает и притягивает, снимает тревогу…
– Это ты красивая, – сказал Марк, поглаживая нежное тело молодой рабыни. Его восхищали маленькие груди, стройные ноги, аккуратные кисти и ступни, миндалевидные карие глаза. – О чем тебе тревожиться?
Варения отправилась в город за покупками, и они лежали обнаженными в уединенном домике хозяина.
– Не знаю. Меня мучают плохие предчувствия… Ты же обещал дать мне свободу…
Он поморщился.
– Я не обещал.
Просто сказал, что это в моих силах. Но тогда жена догадается обо всем. И неизвестно, чем это все закончится… Потерпи. Надеюсь, скоро такой момент наступит…
– Она смотрит с лютой злобой, – пожаловалась Габриэла. – Боюсь, что я не доживу до этого момента: меня отравят…
В дверь поскребся Яир.
– Хозяйка возвращается, Златокудрый! – напряженным шепотом предупредил он.
Габриэла вздрогнула, как от удара, вскочила, набросила легкую белую тунику, подпоясалась синей лентой. Через секунду о ней напоминал только тонкий запах греческих благовоний.
* * *Вечером они ужинали на веранде. Подавали запеченного угря, огромных морских раков и жареные щупальца осьминога. Марк много пил, почти не разбавляя вина водой.
– Я купила детям новые красивые туники, а себе браслет с бирюзой, – сообщила Варения, неодобрительно наблюдая, как он осушил очередной бокал. – И выбрала павлинов – пусть живут у нас в саду…
– Пусть, – равнодушно согласился Марк.
