Драконы спустились по ветвям, а затем расправили крылья и слетели на землю, лавируя между толстых сучьев и пучков сплетённых лиан. Внизу было совсем темно, но Росянка с помощью своего дара проникла разумом в почву и по лабиринту корней отследила источник воды. Небольшой приток Рычащей реки журчал совсем рядом, и его влажный илистый берег лучше всего подходил для выращивания растений.
Над головой послышался треск ветвей – вниз слетела Сверчок, цепляясь за лианы и паутину. Едва не задев Мандрагора, она неуклюже шлёпнулась в сырую лиственную подстилку, но тут же вскочила на лапы и стала отряхиваться.
– Тебе необязательно идти с нами, – заметила Росянка.
– Обязательно! Я помогу нести корешки обратно и… буду их собирать, пока ты выращиваешь. А ещё мне очень хочется посмотреть, как это делается… в смысле, с научной точки зрения. Просто взять и мысленно заставить расти – ну не чудо ли!
– Ну не так уж и просто… ладно, пошли.
Ручей извивался между гладкими валунами и зарослями непентесов. Папоротники вытягивали над водой длинные перистые лапы, словно пытаясь захватить её всю.
Отыскав более-менее свободный участок прибрежного ила, Росянка выкопала ямку и воткнула туда заветный корешок. Бледный и сморщенный, он походил на личинку или призрак растения, выглядывающий из-под земли.
Мандрагор отошёл выше по течению ручья и занялся тем же самым. Сверчок уселась за спиной Росянки, обвила себя хвостом и наблюдала с пристальным любопытством. На удивление, она даже удержалась от вопросов, когда листокрылая запустила когти глубоко в землю и закрыла глаза, призывая свой дар.
«Здравствуй, милый росточек! Нам нужна твоя помощь».
«М-м-м…» – сонно пробормотал корешок, пропитываясь влагой.
Тебе ведь хочется расти, правда? Давай, сначала я помогу тебе, и ты вырастешь большой, сильный и развесистый – и дашь столько корней, что останутся даже лишние…
«Расти… крепнуть… дальше и шире… – отозвалось из-под земли мысленное эхо. Там в глубине что-то шевелилось, вытягивалось и разворачивалось, как тысяченожка после долгого сна.
– Расти… крепнуть… вдаль и вширь…»
Что-то мешало Росянке полностью слиться с растением и понять его. Она ощущала рост, но мысли растущего ускользали и рассеивались, будто отражаясь от неведомой преграды, а отвечавший голос казался далёким и еле разборчивым."
"«Выходи ко мне, покажись на свет! Дай посмотреть на тебя!»
«Сейчас-с-с, – прошуршал ответ в глубине разума, делаясь всё яснее. – Сейчас-с-с, я уже почти здес-с-сь… Рас-с-сту… вдаль и вширь!..
