* * *Прошла неделя, ровно столько она жила одна, в свое удовольствие. Просыпалась рано утром, шла в парк на пробежку, готовила завтрак и ничего не чувствовала. А еще, еще вчера она встретилась с Семой, они долго говорили, гуляли у консерватории, а когда она поинтересовалась насчет места в группе, то получила отказ. Он не стал распинаться, просто сказал, что место давно занято и он не может ей помочь.
Алёна его понимала, правда понимала, но толика обиды все же поселилась в глубине ее души.
Осознав, что здесь ее больше ничего не держит, она собрала чемодан и решила взаправду съездить к маме.
Та давно звала ее в гости, но Алёна вечно отнекивалась, то дела, то давление Влада, что она не может бросить его на выходные, но ехать вместе с ней у него желания нет… Вот так, по крупинке, она не видела маму уже год. Наверное, пора это исправлять.
Отрада приехала в город, куда еще шесть лет назад перебралась мать, за пять часов. Пару раз останавливалась на заправках, пила кофе и думала, всю дорогу думала о том, что ей делать дальше.
Как оказалось, жить полностью самостоятельно она не умеет. Не научилась за столько лет.
У материнского дома Алёна вылезла из машины, отодвинула широкую калитку и заехала во двор небольшого, наполовину кирпичного, а наполовину деревянного дома.
Мама вышла на крыльцо и с улыбкой на лице помахала дочери рукой. Алёна ответила тем же и поставила машину на ручник. Вытащила из багажника вещи и направилась к родительнице, которая тут же подхватила ее сумки.
– Как ты доехала?
– Нормально, – коснулась маминого плеча.
Рената Валентиновна перебралась в этот город сразу после развода с мужем, как только они разделили имущество. Алёнка тогда доучивалась и могла жить в общежитии. А после нашла этого своего Влада, и женщина поняла, что дочь выросла и ей стоит прекратить ее опекать. Единственное, о чем она попросила Алёну, не брать фамилию мужа, она и сама ее не брала, а дочь зарегистрировала на свою. Отец Ренаты хотел мальчика и всегда сокрушался, что некому будет продолжить его род.
Он придавал этому слишком сильное значение, и, слушая эти разговоры часто, Рената Валентиновна решила, что не сменит фамилию отца и дочь ее тоже делать этого не будет.
– Ну давай, проходи в дом. Как же давно я тебя не видела.
– Я очень скучала, – Алёнка обняла мать, но та моментально отстранилась. Наверное, в детстве Отраде не хватало именно этого – объятий, внимания. Мама была живой, энергичной, но слишком скупой на эмоции любви.
