— Ждите, — бросил он, а сам обратился к другому слуге, принёсшему свернутое письмо, и сразу же углубился в чтение.
Ждите чего?
Этот день окончательно убедил меня что та добрая и внимательная натура, которую он демонстрирует при других, включая своих будущих невест, — во многом маска. Настоящий принц заботится о своих людях, но при этом остаётся холодным и жёстким.
Внутри всё дрожало от нетерпения и волнения, а он даже не смотрел на меня — продолжал внимательно изучать письмо, будто наш разговор остался где-то в прошлом.
Я уже собиралась спросить, чего именно мы ждём, когда вернулся первый слуга — с небольшой деревянной коробочкой.
— Если такое повторится вновь, вы немедленно лишитесь работы, — сказал Его Высочество ледяным тоном, протягивая мне коробку. — Вы свободны на два часа. Помните, кем вы являетесь.
— Благодарю, Ваше Высочество, — чуть поклонилась я и дождалась, пока он вновь не вернулся к письму.
А потом тут же рванула к выходу, не оборачиваясь, держа в руках ту самую коробочку.
И только оказавшись в коляске у возницы, наконец-то открыла её.
Внутри лежал значок личного ритуалиста члена королевской семьи.
***
В массивное, грандиозное здание банка я не вошла — влетела, не зная, что увижу внутри. Дядю Финна с семьёй, довольных неожиданно найденным золотом в ячейке ритуальной конторы, принадлежавшей его умирающему брату? Или их же, но полных злобы, потому что Финну удалось снять эти деньги?
И если так, где сейчас мой друг? В безопасности ли он — с огромным мешком золотых монет? Или как вообще выдают такие суммы?
Сердце бешено стучало, когда я, надавливая всем весом, плечом открыла тяжёлую дверь и вошла в большой, начищенный до блеска холл.
С двух сторон этого холла стояли основательные длинные резные скамейки, а у противоположной стены — невысокая деревянная перегородка, за которой работали служащие банка.
— Мио… — тихий, хриплый голос. Настолько тихий, что я сперва подумала, будто мне показалось.
Финн сидел на одной из скамеек — похудевший, почти серый.
Спутанные, грязные, чуть рыжеватые волосы жалко свисали по обе стороны лица, но хотя бы одежда была чистой. Иначе его и вовсе могли бы не пустить в банк.
Я бросилась к другу, желая обнять его, но он остановил меня рукой:
— Не сейчас...
Он выглядел так, будто готов был расплакаться, шмыгал носом, и, похоже, любое выражение поддержки могло сломать его ещё сильнее.
— Я не смог снять деньги. Слишком большая сумма.
