— Тина, а кто у новенькой родоки? — как бы между прочим интересуюсь я.
Таюрская всегда знает про всех.
— У слепой? Представляешь, никто не знает! Отец тоже ее не нашел в базе.
— Ну, фамилия же есть у нее. Не могла она внезапно возникнуть.
— Фамилия есть, конечно. Но она никуда не ведет.
— А сама что говорит?
— А сама только огрызается, — усмехается Марика. — Но так уверенно, словно фамилия должна вести куда-то очень высоко. Может, она на другую фамилию записана?
— Скорее всего, — хмыкает Тина.
— Какая фамилия, кстати?
— Албанцева…"
"— Я не успокоюсь, пока не узнаю, кто это! Точно не «рублевская»… Не «кретовская», не со Стрельни… — перечисляет она элитные районы. — Депутатов таких нет… Чиновников нет… Человек-загадка, просто!
— Но и явно не лохушка, — перебивает Марика. — С прислугой уверенно говорит. Вчера по телефону на британском диалекте шпарила.
— Точно! Попрошу отца, чтобы узнал — не училась ли такая в Англии.
— Миссис Марпл! — угораю я. — Держи меня в курсе.
Заходим в класс вместе со звонком. Одновременно с догнавшими нас Решетовым и Кислицыным.
Сэм садится к Агнии, Саня — к Рите. А я обычно сижу с Тиной, за второй партой у окна.
Возле учительского стола Яна с воспитателем!
Значит, в наш?
Чокнутый мой организм опять сходит с ума. Живот сжимается от приятных судорог неизвестного происхождения.
— Друзья мои, я вас сейчас немного пересажу, — оглядывает озадаченно класс наш химик.
По классу недовольный ропот.
Нас, обычно, принудительно рассаживают в начале года, потом мы потихонечку начинаем перемещаться на те места, где хотим сидеть.
Когда в классе устанавливается хаос из-за этого, нас принудительно пересаживают снова.
— Марика, на последнюю парту пересядь, пожалуйста.
Марика сидит одна на первой, прямо передо мной, у стола преподавателя.
— Я не хочу на последнюю! — цедит она.
— На первых партах сидят те, у кого проблемы со зрением.
— Она же все равно не видит, что с первой, что с последней!
Яна чуть заметно сжимает губы.
Мне хочется треснуть чем-нибудь Марике.
— Мы будем спорить? — леденеет голос преподавателя.
Марика поднимается, демонстративно швыряет тетрадь на заднюю парту. И с недовольным видом пересаживается.
— Ну нормально! — бубнит недовольная Тина.
Они подружки и все время переговаривались раньше.
Андрей Андреевич делает еще парочку перестановок.
— Яна, сюда, — подавая ей руку, усаживает передо мной.
