Рота оливопольцев цепью окружала храм, отгоняя немногочисленных зевак. Подтянутый черноусый капитан с боевым Владимиром на шинели четко отрапортовал Каргеру. Тот принялся было объяснять ему ситуацию и от волнения запутался…
Таубе без церемоний отстранил старика и с армейским шиком козырнул капитану. Из-под расстегнутой его шинели переливались золотом и разноцветной эмалью ордена, эффектно выделялся георгиевский темляк на сабле. Ротный командир сразу подтянулся.
– Капитан, у нас мало времени! Мы подозреваем, что трое злоумышленников, переодетых в форму вашего полка, пробрались в собор, дабы произвести там покушение на государя.
Нам необходимо успеть обнаружить их, для чего нужно отделить ваших людей от террористов. Вам лучше других удастся это сделать! Ваши предложения?
Капитан, пораженный известием, смешался, но быстро овладел собой. Отвернувшись от полицейских, он принялся смотреть в заснеженные поля, постукивая себя саблей по сапогу. Косаговский попытался было поторопить его, но барон одним жестом остановил сановника.
Через тридцать секунд капитан шагнул к своей роте.
– Господа офицеры... ко мне, бегом!
Полдюжины младших офицеров, подобрав сабли, со всех ног бросились к нему.
– Снять оцепление и все внутренние караулы, выстроить роту в одну шеренгу фронтом к главному приделу! Живо!!
Затренькали свистки, заголосили взводные и отделенные командиры, сотни ног затопали по февральскому насту.
– Что вы делаете! – ужаснулся Косаговский. – Вы снимаете караулы!
– Отставить! – рявкнул на тайного советника капитан.
– Старшему полицейскому начальнику предлагаю сменить моих людей в круговом оцеплении. В храм не входить!
Каргер постоял секунду, потом кинулся исполнять приказание ротного командира, даром, что генерал-майор!
С изумительной скоростью рота пехотинцев выстроилась перед своим командиром в длинную шеренгу. Тот оборвал жестом рапорт старшего поручика и зычно скомандовал:
– На первый-второй... р-рассчитайсь!
– Первый! Второй! Первый!.
.. – раздались голоса, и через две минуты маленький солдатик на левом фланге вышел вперед и выкрикнул:
– Второй! Расчет окончен!
– Р-рота! Первые номера... два шага вперед... марш!
Шеренга вздрогнула – и сто двадцать человек четко вышли вперед.
– Шинели… снимай! Наизнанку… выворачивай! Надеть… в рукава! Штыки… примкнуть!
И через минуту нелепо одетые в вывернутые шинели, с винтовками у ноги, оливопольцы ели глазами своего командира.
